Книга Родословная. Том 2, страница 82 – Андрей Ткачев

Её броня, уже не выдерживая такого урона, стала попросту разваливаться на части, обнажая участки кожи, покрытые серебристой шерстью. Лицо слегка изменилось, но, на удивление, всё смотрелось довольно органично, и я не мог не признать, что в таком более хищном облике Катрина выглядела даже краше, чем до этого. И всё же она оставалась оборотнем.

Пока же лис и оборотень сосредоточились друг на друге, я взмахнул рукой, проведя ею по клинку кинжала и тут же, слегка порезав ладонь, стал преображать свое оружие. В отличие от братьев и сестёр, которые могли создавать исключительно одно оружие крови, я был лишён таких ограничений.

Так что поняв, что в такой ситуации мне кинжалом просто не добраться до лиса, я решил использовать копьё, которое за пару мгновений появилось у меня в руках. Одновременно с изменением оружия увеличилась его мощь и что самое главное — пробивная сила.

Буквально пару дней назад я ещё не был способен на такое преобразование, но вся собранная до этого кровь и кровь самого лиса сделали меня сильнее. Зверю просто не повезло наткнуться на меня.

Я раскрутил перед собой копьё, с радостью ощущая его шероховатую рукоять и то, как острое широкое лезвие рассекает воздух. Именно я задавал этот образ при создании оружия и поэтому знал это оружие лучше кого-либо, и только в моих руках копьё будет действительно смертельно опасным оружием.

Убедившись, что всё сделано правильно, я тут же бросился вперёд. Взмах слева и я раню правую переднюю лапу лиса. Он вновь рычит от боли, но я легко ускользаю от его ответного удара. Вместо этого я приближаюсь к его груди и, раскрутив копьё, наношу два широких удара, практически вскрывая его шкуру. Даже с учётом моей силы и характеристик оружия, это даётся нелегко, но всё же я получаю возможность для следующего шага.

Прыжок назад, чтобы избежать очередной атаки лапой, и я вновь оказываюсь рядом со страшной раной, откуда течёт густая кровь монстра Разлома. Только, если кого-то подобное могло бы отпугнуть, то я только с радостью бросался вперёд. Кровь мне была не страшна, а всё, что попадало на меня, тут же впитывалось организмом, даруя мне новый заряд бодрости и силы.

Дальше достаточно было пары ударов копьём, чтобы пробить рёбра и добраться до бьющегося сердца Пятихвостого огненного лиса. Оно билось уже с трудом, так как зверь устал и был вымотан от кровопотери. Так ещё и серебристая волчица продолжала полосовать его шею, что тоже не добавляло здоровья.

Поэтому я не стал мучить монстра, порождённого Разломом, и, схватив его сердце, вырвал этот жизненно необходимый орган, сам пребывая в состоянии, близкому к восхищению и радости. Этот зверь был действительно силен, а с учётом, сколько в нём было магической энергии, его сердце было полно сил, и вся она сейчас впитывалась в меня. Старые раны, которые невозможно было увидеть невооруженным взглядом, постепенно сходили на нет, да и я чувствовал, как моё тело обновлялось под воздействием этой силы.

Как бы мне ни хотелось это признавать, но при всей внешней нормальности и отсутствии ран, отец в том сражении сильно потрепал меня и сейчас я частично избавился от тех давних травм. Жаль, что подобных монстров мне ещё не попадалось в Разломах, иначе бы я вернулся к пику своих сил намного раньше.