Книга Родословная. Том 7, страница 64 – Андрей Ткачев

И вот, оказавшись в новом районе, который ещё никто из нас не посещал, я столкнулся с неожиданным: здесь не было ровным счётом никого. За всё время пребывания в Разломе я привык к постоянному преследованию — к тому, что за каждым поворотом будет монстр, за углом рыцарь или целая стая. Поэтому полное отсутствие противников вызывало не облегчение, а недоумение.

Одно дело, когда есть постоянная угроза от уже знакомого врага. Совсем другое — когда эта угроза внезапно исчезает, будто бы нарушая шаблон поведения всего Разлома. И это, стоит признать, ломало всю привычную картину происходящего.

Разумеется, такая необычность не могла не привлечь моего внимания, и я отправился на поиски того, кто стал причиной этого затишья. Не может быть, чтобы целая область Разлома осталась вовсе без монстров — значит, с ними что-то произошло. С учётом того, что я уже видел сражения между местными существами, было очевидно: здесь действовал кто-то чужой. Кто-то, кого местные твари воспринимают как врага — а значит, есть шанс найти нечто по-настоящему интересное.

И я вскоре нашёл.

Следы битвы не оставляли сомнений: десятки разорванных гончих, рыцари, разорванные будто руками на неравные части, и целая куча искрошенных костей, некогда принадлежавших скелетам. Всё указывало на одностороннюю бойню — быструю, беспощадную.

И вот я увидел его. На возвышении из тел мёртвых гончих, словно на троне, сидел очередной рыцарь, вот только облик его был совершенно новым для меня.

Стоит начать с того, что, в отличие от всех рыцарей, которых я встречал до этого, этот был одет в чёрно-золотую броню. Без потускневших граней, без изъянов — доспех, словно только что выкованный, но из чего-то, что мне было не известно.

За его спиной развевался плащ, сотканный, казалось, из клубящихся теней. Он никогда не был неподвижен: постоянно шевелился, извивался, а его края истлевали в воздухе, чтобы спустя миг вновь собраться в единую, чёткую ткань. Это выглядело… неестественно. Будто плащ жил своей собственной жизнью.

Шлем рыцаря не скрывал полностью головы. Вместо забрала — гладкая маска, без глаз, без рта, без намёка на выражение. Но стоило мне выйти на возвышенность, как я ощутил — он смотрит. Не с интересом, не с враждебностью. С оценкой. Тихой, хладной, как будто одним взглядом решал достойный ли я его противник.

Он не встал. Даже не пошевелился. Но всё в его позе, в его присутствии намекало: стоит мне пересечь невидимую черту — и он сорвётся с места. Без предупреждений. Без слов. Просто покажет, как именно уничтожил всех тех, кто лежал окончательно мёртвым вокруг него.

Только спустя мгновение я заметил на наруче его доспехов тонкий рисунок зелёной лозы. Вот тебе и подтверждение — он не из местных. Представитель совершенно другой фракции.

В теории, он мог бы быть союзником. Но это Разлом. И в Разломе все монстры нападают на людей. Всегда. Это нельзя изменить.

Я знал, что избежать боя не удастся. И, если быть честным… я и не хотел. Сколько раз в последнее время у меня был шанс сразиться с противником, по-настоящему достойным? Этот рыцарь таким и был. Даже если в нём не текла кровь — что немного разочаровывало.

Я сотворил в руке лук и тут же выпустил серию стрел, одну за другой. Если он не собирается вставать — значит, я заставлю его это сделать.