Книга Родословная. Том 8, страница 16 – Андрей Ткачев

— Ладно. Один выход, одна фотосессия. Только не больше, — сказал я, и тут же услышал радостные аплодисменты со стороны персонала.

Похоже, мне только что выдали ещё один титул. Неофициальный, но оттого не менее навязчивый: «лицо сезона».

И как поход в ателье мог закончиться подобным?

Вечер выдался прохладным, и воздух у парадного входа был пронизан смесью роскоши и едва уловимого напряжения. Парадная лестница, украшенная золотыми огнями, вела вверх — к зданию, которое больше напоминало дворец, чем приёмный зал. По бокам высились статуи — герои древности, вытесанные из белого камня.

Я эти статуи, кстати, узнал. Точнее, прообразы, с которых они были сделаны. Всё же если в моё время эти скульптуры выглядели уже весьма потрёпанными, то спустя столько веков они просто не могли бы добраться до этого места. Так что это были лишь образы, вдохновлённые более древними работами. Но стоит сказать — выглядели они, действительно, внушающе.

Лакеи в тёмно-алых мундирных плащах отворяли двери лишь для тех, кто был внесён в список. Слуг, как и ожидалось, внутрь не пускали.

Я пришёл один.

Чёрный костюм сидел на мне так, будто был сшит на заказ, хотя на самом деле это была готовая модель. Я отказался от изысков современной моды и предпочёл то, что консультанты назвали классическим стилем. Единственное, что выделялось — золотые элементы на манжетах и воротнике рубашки. Они особенно пришлись мне по вкусу. С другой стороны, весь костюм стоил столько, сколько зарабатывает небольшой род за год, так что претензий к нему быть просто не могло.

В итоге выглядел я… впечатляюще. Слишком уж впечатляюще, если судить по взглядам в холле.

Шёпоты не заставили себя ждать. Кто-то уже знал, кто я. Кто-то — только догадывался. Остальные просто чувствовали, что появился кто-то, кто выделяется. Я не замедлил шага. Пусть смотрят.

Войдя в зал, я на секунду остановился.

Огромное помещение, залитое мягким светом люстр с применением магии, дышало властью, историей и демонстративной роскошью. По центру зала плавно кружились пары. Музыка — живая, струнная, пронизанная тонкими вибрациями, заполняла собой воздух, не заглушая голосов. По краям зала — группы аристократов, беседующих с бокалами в руках. Чуть поодаль — их дамы, которым тоже нашлось, о чём поговорить.

И тем не менее я не заметил зон для приватных разговоров. Всё было устроено так, чтобы никто не остался в тени, но и не мог скрыться от наблюдателей.

Я прошёл мимо одной из таких групп. Взгляды коснулись меня, кто-то замер на полуслове. Один из мужчин слегка склонил голову — то ли из уважения, то ли вежливо признавая присутствие потенциального соперника. Женщина в тёмно-зелёном платье задержала на мне взгляд чуть дольше положенного.

И всё же я не искал взглядов. Я чувствовал, как зал принимает меня. Медленно. С любопытством. Но без враждебности.

Это был их мир.

Но теперь в нём появился я.

Я перехватил ближайшего официанта с бокалом и неспешно направился дальше, прицениваясь к тому, что происходило вокруг. Всё же меня пригласили на это мероприятие, и следовало соответствовать ожиданиям. Как бы ни хотелось игнорировать условности, но и играть против правил прямо сейчас было бы недальновидно, хотя и на этом можно сыграть, но пока что рано.