Книга Ишито начинает с нуля. Том 1, страница 81 – Андрей Ткачев, Дмитрий Лим

Встал на колени и осторожно добрался до передней части автомобиля. Ударил кулаком по боковому зеркалу, ломая его фиксаторы, и выгнул его боком к противникам, чтобы, отныне, видеть, кто и где стоит.

— Ну что, — пробормотал сам себе под нос. — Значит, я уже пережил подобное? Придется полагаться на «опыт»?

Инстинкты взяли верх над разумом. Я больше не сомневался в том, что делал.

Ориентируясь сугубо по зеркалу, тут же выпустил две пули в голову очередного противника. Стрельба была на уровне, без косяков, которые можно было бы допустить, учитывая, что «молодой я» никогда не стрелял.

Это удивляло меня меньше, чем мои навыки и интуиция. Я словно всю жизнь бывал в таких перестрелках и постоянно выживал в них.

Боху Сам вывалился с того же места, откуда вышел я, и, занимая позицию в конце лимузина, разрядил пистолет в группу у автомобиля, который въехал в нас.

Стрелял он неплохо, но я бы не сказал, что его стрельба была лучше моей. Он ошибался, действуя так, как его обучали, но сомневаюсь, что кто-то учил его действовать в таких ситуациях. Все же телохранители больше предназначены, чтобы не допускать нежеланных лиц до своих подопечных. Вооруженное нападение — это уже что-то иное.

И по итогу он допустил ошибку: мужчина разрядил обойму и сразу не потянулся за дополнительной. Замешкался. Этого было достаточно, чтобы с машиной сблизился противник. Боху Сам повернулся боком, уменьшая тем самым зону для попадания. Он понимал, что ему не уйти от выстрела.

Тут я даже перестал сомневаться в его подготовке. Он смог проанализировать ситуацию с мгновение ока. Ну и…

Я и противник, выстрелили одновременно. Боху ранило, противник пал замертво.

И такой расклад событий очень не нравился нападавшим. Спустя секунду что-то перелетело через машину и ударилось об отбойник. Я машинально закрыл лицо руками, определив светошумовую гранату (думать, что это осколочная, мне не хотелось), когда Боху Сам просто прижал лицо к машине.

Взрыв и вспышка были страшными. Меня оглушило и ослепило, несмотря на то, что я отвернулся. Запах гари и химикатов тут же одарили меня неприятным чувством чего-то мерзкого во рту, и я просто закашлялся.

Но нас не убили. Послышалась сирена сквозь гул в голове и… меня начало клонить куда-то вперед.

Черт… организм вымотался. Он просто не был готов к подобному и я и так, получается, вышел за грань.

* * *

Я очнулся в больнице. Почти сразу привыкнув к яркому свету, осмотрел себя, а затем свое окружение. Тело было в порядке: ни колотых ран, ни пулевых отверстий, так, примочки и пластыри.

Жив, и слава богу.

Справа от меня, на такой же низенькой кушетке лежал Боху Сам. Спал, если быть точнее, повернувшись ко мне спиной. Он был перебинтован от шеи до поясницы. Было несколько ярких пятен крови, что говорило о прошедшей операции.

Ну, либо о том, что из него достали все же ту пулю, выпущенную с близкого расстояния.

Не самые приятные сигналы, которые издавал монитор, подключенный проводами к телу телохранителя, говори о его ровном сердцебиении и нормальном пульсе.

— Ничего критичного, — сказал сам себе и, несмотря на ноющее тело, поднялся с кушетки.

Люксовый номер, где мы лежали, поражал своей роскошью.

Два телевизора, огромный обеденный стол, только два спальных места… телевизор, игровые приставки и холодильники.