Книга Дворянство. Том I, страница 32 – Андрей Ткачев, Дмитрий Лим

Первая проблема меня ждала на краю крыши, ибо до соседнего здания было не меньше трёх метров. Кот, подбадривал меня и уверял, что мне стоит чуть вернуться назад, разбежаться, и я перепрыгну! Только вот я не был в этом уверен.

Одно дело, перепрыгнуть забор, а другое — не рассчитать с длиной и рухнуть с такой высоты. Пусть моё тело из-за симбионта меняется, но не думаю, что после такого я смогу подняться как ни в чём не бывало.

А волшебный пинок появился из ниоткуда. Точнее, с другого края крыши, где по пожарной лестнице кто-то взбирался. И делал это весьма громко, особенно с учётом моего обострённого слуха из-за самой ситуации и вероятности попасться.

То ли звук когтей по металлу, то ли рыки сделали мои размышления насчёт прыжка более ускоренными, и в следующую секунду я пулей вылетел с края одного здания, на крышу другого, будто это вовсе и не было препятствием. Но и на этом я, подстёгнутый опасностью, не остановился, а всё из-за того, что мне вроде что-то начали кричать вслед. Разумеется, останавливаться и проверять я не стал.

Не знаю, правда, сколько я так бежал и прыгал. Но в момент, когда силы начали покидать меня, я, наконец, услышал бормотание кота. Кажется, всё остальное время, точнее, в то время, когда я прыгал, он истошно кричал.

— От… от… — покряхтывал он, лёжа на крыше с высунутым языком.

— Ты чего? — недоумённо посмотрел я на него.

— М… м…

Я отошёл от кота, дабы дать тому прийти в чувство, посмотрел назад. На моё счастье, никакой погоней больше и не пахло, а вот силы… меня посетило странное чувство острого голода. Нет, не такого, какое было ранее, а что-то слишком…

Крепкое. Желудок крутило, по ощущениям казалось, что внутри что-то всасывается и журчит, а мир перед глазами начал тускнеть и раздваиваться. Я, кажется, рухнул на землю там же, где стоял, но меня настолько поглотило это состояние, что я не был в этом до конца уверен.

Не знаю, сколько я пролежал, но спас меня от «истощения» именно мой автоматизм. На каком-то инстинкте я дотянулся до сумки, не глядя в неё, достал что-то напоминающее бутылёк и, не слишком заботясь о последствиях, влил себе содержимое в глотку.

Вместе со зрением и силами постепенно вернулся слух. А затем и ворчание Кактуса, который облизывал горлышко выпавшей из рук склянки.

— Нельзя так с искомым. Нельзя, Ярослав. И вообще, тебе никто не говорил, что не стоит принимать внутрь не пойми что?

Не понимая первоначально, что он там бормотал, я попытался сесть. Но, увы, мимолётная прибавка сил так же быстро улетучилась, как и появилась. Следом пошла ещё одна склянка, даже несмотря на ворчание кота, и эффект был точно таким же.

И лишь на четвёртой я смог полноценно встать.

Кот, правда, шипел так, словно я ему на хвост наступил и ещё потоптался с особой мстительностью. Но дело было не в моём замученном виде, а в самом моём действии.

— Четыре бутыля Ихора! Четыре! Ярик! — его шерсть в холке вздыбилась, а зрачки угрожающе сузились. — Это месяц питания, понимаешь⁈ Месяц!

Я лишь развёл руками, ссылаясь на то, что эффект пришёл не сразу. А судя, по его словам, у меня вообще не должно было быть подобного аппетита.

* * *

«Чертов человечишка… на мою голову. Ну как так можно расточительно обращаться с едой⁈ Как будто чтобы получить это, нужно просто зайти в ближайший магазин».