Книга Дворянство. Том IV, страница 108 – Андрей Ткачев, Дмитрий Лим

— А для чего Виктор Сергеевич нанимал наёмников? — оживился Лаане.

Но я уже знал ответ на этот вопрос. Странно только, что мутант об этом не слышал. Поэтому Маше пришлось ещё раз объяснять про травлю со стороны других семей. Потому что она выжила, хотя и была изгоем своего рода, а их дети — нет. Папашка-то и не заказывал наёмников, это делала она сама.

— Ещё вопрос, — тут же начал я. — Почему рядом с тобой ошивается Жуков?

Названная фамилия вызвала тряску у Маши. Она побледнела, но почти сразу же пришла в себя. И ответ… так скажем, был несерьёзным.

— Близкий друг, помогал восстановиться силами после долгой депрессии.

— Сомневаюсь, — пробубнил я. — Маш, зачем тебе этот выскочка? Мне казалось, что…

— Не твоё дело! — рявкнула она. — Это ты способен уничтожить любого, кто переступит тебе дорогу, а я нет! Понимаешь? Я родилась слабой и умру слабой, и замуж меня никто не возьмёт, потому что я — позор семьи!

— Тебе не кажется, что это чересчур? — удивился я. — Ты желанный ребёнок, и какая разница, что другого пола?

— Большая разница, — раздался строгий голос, и в помещение вошёл высокий мужчина в красном костюме. Виктор Сергеевич собственной персоной, да ещё и с каким-то окуляром в глазу. — Не вам решать, чересчур это или нет. Наёмники, — презрительно процедил он.

— О, явились наконец-то! — прошипел я. — Не стыдно вам так вести себя со своим родным ребёнком?

На меня с удивлением уставился не только Лосев, но и Маша с Лаане.

— Она же ваша дочь!

— Не тебе решать, наёмник, — сухо ответил глава рода и жестом пригласил нас сесть на мягкий, кожаный диван. — Говорите, зачем пришли, и проваливайте с территории.

— Хам, — улыбнулся я, пытаясь вывести его на конфликт, но тот сделал круче.

Он просто игнорировал меня всю беседу. Словно меня здесь и не существовало.

Эдвард Тойвович коротко рассказал о событиях минувших дней, где главным событием была пропажа, а, скорее всего, и кончина Евгения Михайловича, и мы, как бы так правильно сказать, прибыли, чтобы опросить сильнейших магов. Вдруг кто-то укрывает его и на самом деле он жив.

— Понятия не имею, — сухо отвечал он. — И знать не хочу. Меня не волнуют игры этого мага, как и ваши, Эдвард.

— Мы смеем предположить… — начал было он, но тот перебил его.

— Можете предполагать всё, что угодно, — его глаза сузились, а значит, он начинал злиться, — но меня это не касается. Бурдин всегда ошивался не в самых лучших компаниях. И то, что он сильнейший маг этого города, а, скорее всего, и региона, не даёт ему право плевать на всех остальных. Я лично с ним не общался больше двух недель и общаться дальше не намерен.

— Он ведь может просто вам приказать, — начал я, уловив его раздражение. — И вы, как более слабый, просто будете обязаны явиться на поклон, шевеля хвостиком и держа в зубах тапки.

Вот такого он не выдержал.

— Вон из моего дома! — рявкнул он. — И чтобы я больше тебя здесь не видел!

— А может, сделаем ещё проще, — улыбнулся я. — Вашей дочери нужен сильный союз, и я могу его дать.

Маша аж побледнела от такого заявления.

— Выйдет замуж за мутанта, и вы преспокойно вычеркнете её из своей жизни. Как вы это делаете со всеми неугодными. Удобно же!

— Чтобы я и дочь… — зашипел он. — Вышел прочь!

— Нет, — я все также издевательски улыбался. — Мы не закончили с вами.