Книга Сильнейший ученик. Том 2, страница 83 – Андрей Ткачев

— Поэтому сегодня я буду обучать тебя контролировать свой удар, — между тем после небольшой паузы продолжил светловолосый мужчина, проведя рукой по своим волосам и предвкушающе улыбнувшись. Слышать о контроле ударов от человека, подобного моему наставнику, было несколько дико, но возражать я, конечно, не стал. — И вместе мы создадим прекрасные статуи. А теперь смотри внимательно, Адриан, и повторяй за мной.

Я весь обратился во внимание, так как каждый показ наставниками даже обычных действий мог быть очень важным в моём понимании боевых искусств. Ведь боевые искусства — это не только возможность защититься от напавшего на тебя человека, но и образ жизни.

Недаром у каждого мастера в додзё было какое-то своё уникальное увлечение, которое тоже являлось в какой-то мере продолжением их боевых искусств. Даже можно сказать, что это было неотъемлемой частью их жизни и к такому необходимо было стремиться, если я хочу достичь хотя бы относительно близких к их возможностям результатов.

Тем временем мастер Дорн встал в низкую стойку и отвёл руку со сжатым кулаком назад, выставив вперёд вторую руку с ладонью, обращённой к каменной глыбе. Он неподвижно замер в таком положении, полностью сосредоточившись на камне перед собой.

В какой-то момент мне показалось, что мужчину окутала лёгкая дымка, которая на мгновения сделала его фигуру слегка размытой. В следующий миг он резко сблизился с каменной глыбой и стал наносить множество ударов, применяя кулаки, локти, ноги, колени — в общем, весь свой возможный арсенал.

Скорость этого действия была такова, что мне даже пришлось отойти на несколько шагов назад, чтобы не получить осколком камня и прикрыться рукой. И всё же я старался уследить за действиями мастера Дорна. Мне это казалось очень важным, будто мне на несколько мгновений приоткрыли какую-то тайну. Она ещё толком не была понятна, но эта подсказка могла бы многое дать в дальнейшем.

Я настолько погрузился в эти наблюдения, что даже не понял, сколько времени прошло с момента начала работы мастера Дорна. Иногда его из-за каменной крошки не было видно и тогда приходилось смещаться, чтобы лучше рассмотреть, что он именно делал и всё же я не мог поверить в то, что сейчас происходило.

В спаррингах со мной мужчина никак не мог приноровиться сдерживаться и атаковал чуть ли не в полную силу, вынося меня с первых же ударов. Здесь же, несмотря на столь же сильные удары, он умудрялся откалывать от камня ровно те куски, которые он и планировал заранее. Сначала казалось, что системы в этих действиях нет, и наставник просто погрузился в избиение каменной поверхности, но чем больше проходило времени, тем отчётливее вырисовывался силуэт.

Сначала стало понятно, что это фигура человека, спустя несколько мгновений и ещё десяток ударов добавились детали и теперь я видел женщину. Нет, всё же девушку.

Не понимаю, как именно это делал мастер Дорн, но его удары действовали не хуже долота с молотком в одном лице. Само его тело было инструментом, с помощью которого он сейчас творил. С каждым мгновение к создаваемой им статуи добавлялись детали.

Вообще, создавалось впечатление, будто не он вытачивает фигуру из камня, а наоборот, позволяет ей освободиться из каменного заточения. Будто внутри уже была эта статуя, и мастер лишь избавлял её от плена камня, позволяя проявиться на свет.