Книга Проект «Близнец». Том 3, страница 149 – Андрей Ткачев, Евгений Пожидаев

— Аманда, мы закончили. Ты знаешь, что делать, — устало произношу.

— Я знала, что вы справитесь, Алексей Федорович! — радостно говорит она. — Уже выезжаю и направляю людей.

⁂

С того дня, как мы победили первого «Близнеца», прошло несколько дней. Да уж, до сих пор иногда кровь пульсирует в висках, а магия вибрирует в каналах, но это уже почти не ощущается. Главное же — седьмой Круг маны.

Вообще, до встречи с Фирсовым я не был до конца уверен, что это возможно. Как выяснилось, возможно. Разве что сейчас он у меня только-только сформировался, а потому разница с завершенным шестым не такая уж и большая.

Раз уж я вспомнил Фирсова. Он оказался не таким простым человеком, каким хотел выглядеть. И это я сейчас вовсе не про его восемь Кругов маны, о которых мы узнали постфактум, и не о его экстраординарных магических талантах.

Одно слово — кейс. Тот самый, который он небрежно отшвырнул перед сражением. Аманда и штаб изучили его настолько, насколько это вообще возможно.

Оказалось, что Фирсов собственными руками подготовил для меня все то, что я так сильно желал найти в его поместье. Сэкономил для нас время, хоть мои люди и обыскали там все. Но, по сути, содержимое кейса — это идеальный компромат на проект целиком, то есть речь не только про его ответвление под кодовым названием «Близнец».

Зачем он это сделал? Хороший вопрос, думаю, он не желал такой судьбы, которая ему выпала. Если уж последние «Близнецы», мягко сказать, боролись за свои жизни на базе проекта, то ему вполне могла выпасть куда более тяжелая ноша. Вероятно, Фирсов допускал, что он может не выжить в сражении. Стало быть, надеялся отомстить хотя бы после своей смерти, пусть и чужими руками. Даже боюсь представить, что именно использовали, чтобы его контролировать… с такой-то силой.

Еще из интересного — лабораторию в Южной Корее захватить не удалось. Мои гвардейцы очень старались, но сопротивление им оказали чрезмерное. От лаборатории остались только пепел и руины, потому что в процесс был запущен механизм самоуничтожения.

С одной стороны, это плохо — минимум сохранившихся улик и доказательств деятельности проекта.

С другой — хорошо. По словам выживших в мясорубке парней, лабораторию защищал сам Фирсов-старший. Старик оказался даже слишком силен для своих лет, однако все равно не справился.

Что насчет рода Морозовых? Я долго думал о них и пришел к выводу, что в прямом противостоянии, как бы я ни старался, мне пока их не победить. Зато у меня на руках есть полный перечень их совместной с проектом деятельности.

А еще я располагаю прямыми доказательствами того, что Морозовы собирались и, вероятно, до сих пор планируют подорвать власть имперского рода, чтобы занять их место. Очень-очень амбициозные планы, вот только я сделаю все, чтобы они не воплотились в жизнь.

Над решением пришлось долго думать, совещаться с Амандой и ее командой. Я даже переговорил по этому поводу с Анной Лазаревой. Удивительно, но она пыталась меня отговорить связываться с Морозовыми:

— Алексей, но зачем тебе это нужно? Они же… это один из сильнейших родов во всей Империи.

— Вот именно поэтому от них и нужно избавиться.

— Ты и так сделал достаточно. Даже больше! Может, пора уже пожить для себя?

— Анна, я не могу остановиться в шаге от полного уничтожения проекта.