Книга Темный контракт. Том 3, страница 20 – Андрей Ткачев, Александр Лобанов

— Приказ принят… перехожу в режим скрытности.

Дослушивать я уже не стал. Всё, что мог, я уже сказал… Теперь требовалось позаботиться о себе. Я открыл глаза и первое, что предстало передо мной, ствол игольника.

Чудесно.

— Тебе стоило сдать меня полицейским, которые обыскивали флаер Некифоровых…

— Мне стоило вообще не лезть к тебе. Но я же полез! — огрызнулись в ответ. — А теперь не мешай мне идти на преступление и помочь тебе.

Я едва сдержал улыбку. Помощь пришла, откуда не ждали: писатель Белов! Именно он осмелился влезть ко мне в дом с игольником наперевес. Просто я неправильно поначалу оценил ситуацию и оружие вовсе не направляли на меня, а просто держали рядом.

Он предупредил меня, что полицейские уже рядом. И Белов же буквально вытащил моё обессиленное после ритуала тело к своему флаеру. Это было неожиданно и очень приятно. Это оставляло надежду на то, что с ним не всё потеряно.

— Не понимаю, зачем это тебе? Ты же чётко сказал, что не будешь мне помогать.

Слабость в теле и в средоточии маны не мешала мне действовать на нервы собеседника. Следовало выжать из благородного порыва всё, что только можно. Иначе, боюсь, его уже не удастся нормально разговорить и мужчина вновь соскочит с этой темы.

— Вчера не хотел помогать… Сегодня захотел! Чего пристал? — недовольно пробурчал Белов, старательно не глядя на меня. — Лучше поблагодари за помощь! Или хочешь, чтобы я выкинул тебя из флаера на полпути?

— Я хочу положиться на своего друга… но не могу.

Виктор аж вздрогнул от моих слов. Я знал, что товарищу очень сложно… Я буквально видел искры, что съедали его душу, когда он метался из крайности в крайность. Он не мог решиться, и это выжигало его изнутри. Фонтан энергии и слов иссяк.

Интересный он всё же человек и в то же время довольно сложный в понимании. Проблемно понимать человека, который и сам не знает, чего ожидать от себя в следующее мгновение.

— В том и проблема… на меня не стоит возлагать надежд. Я подведу, — помотал он головой. — Рано или поздно… Пусть лучше моя помощь всегда будет приятной неожиданностью. Приготовься, мы подъезжаем!

Признание далось товарищу с большим трудом. Но вот только меня такое положение дел не устраивало.

Как известно: «Нет противника страшнее, чем союзник — идиот». Однажды такая помощь выйдет мне боком. Так глупо подставляться я не был намерен.

— Знаешь… У всех есть недостатки. У тебя. У меня. У всех! — вкрадчиво заговорил я, наблюдая, как флаер плавно заходит на посадку. Заодно проверял, а туда ли мы прилетели, но Белов не стал ничего придумывать и действительно доставил меня до нужной точки. — И тебе кажется, что они фатальны… для меня. Но позволь мне решать, что для меня является проблемой, а что нет. Я сам могу принять решение и взять ответственность за последствия нашей дружбы. Я выбрал назвать тебя товарищем. Не ты меня заставил. И я принимаю ответственность за свои слова, — я перевёл дух. Поправил сумку с контрактами. Открыл дверь приземлившегося флаера и закончил, поднимаясь: — В этой ситуации от тебя зависит лишь одно: веришь ли ты моим суждением или нет. И если нет, полагаю, этот разговор должен стать для нас последним.

Тут на моё плечо легла рука, прося остановиться. И я обернулся к товарищу, что нервно опустил глаза.