Книга Темный контракт. Том 4, страница 7 – Андрей Ткачев, Александр Лобанов

Сестрёнка лишь многозначительно улыбнулась. Я же ожидал, пока мне ответят. Самым простым сейчас было бы позвонить в Британскую полицию… Но просто — не значит быстро. Вместе с полицией начнёт действовать и бюрократическая машина, а это значит, если Кима спасут, то разбирательство может затянуться ещё на полдня. А то и дольше.

Есть вариант более быстрый, а в перспективе более выгодный для меня и жёсткий для Самерса вариант.

— Я хотел бы вернуть долг, — стоило связи установиться, мгновенно выдал я в эфир.

— Оперативно, — не то одобрила, не то удивилась журналистка Панкер.

Она была сдержана и лаконична. Как всегда.

Без лишних слов я продиктовал адрес, что на салфетке успела написать Юлия. На десяток секунд повисла задумчивая тишина, а после одинокий вопрос:

— Ожидания?

— Сенсация для вашего репортажа в плену. Аналог «Красного воскресенья», но для публикации, — чуть подумав, я решил добавить подробностей. — Сенсацию вывести по-тихому. Она мне нужна на сутки. Через двадцать четыре часа можете не жалеть никого!

— И вас?

— А есть за что?

— Всегда есть за что! — нагло заявила эта особа.

— А стоит ли оно того?

— Ждите звонка, — после короткого смешка пришёл ответ и связь оборвалась.

Я поднял взгляд на Юлию, но та лишь нахмурилась недовольно.

— Так даже неинтересно! Ты решил всё за завтраком!

— Это и не должно быть интересно. Это должно быть эффективно… Те, кто бегает в панике и решает всё драками — некомпетентны. Аристократ отличается именно своим умом и сообразительностью и лишь во вторую очередь магическими способностями.

Я отставил пустую чашку из-под кофе. Убрал салфетку с колен и поднялся. Впереди меня ждал трудный день.

Самый простой способ разобраться с Расстригиным — безусловно, устранить. Нет человека — нет проблемы, и всего делов. Вот только опыт Владовски в очередной раз показал, что задача не так тривиальна, как кажется на первый взгляд. Расстригин был словно заговорённый. Его ненавидели многие и пытались устранить, но он каждый раз выживал, словно смеясь над врагами… И никто не знал, дело в секретной технологии или в магических способностях? Или, может, что-то ещё?

Но уничтожить человека можно не только физически. Репутация. И благосостояние. Всё это можно и даже нужно уничтожить, если хочешь по-настоящему устранить своего противника.

Не будет репутации — не будет союзников, а если совсем повезёт, то императорское семейство отвернётся от Расстригина. Нет репутации, а значит, закрыты все входы к уважающим себя аристократам.

Не станет благосостояния — исчезнет шанс на личное усиление. Какие бы технологии ни стояли за Расстригиным, без обеспечения они лишь мусор. Без финансовой подпитки падёт секта его имени. Не будет наёмников… ничего не будет!

Именно в этом заключается суть «первой фазы». Но по факту, сейчас мы готовились нанести только первый удар. Очень серьёзный, но при этом один из многих.

И когда Расстригин останется один на самом дне, то раздавить его станет проще, ибо к нашему небольшому заговору присоединятся те, кто сейчас боится, колеблется или считает себя слишком слабым для более активных действий.

— Господин, вы рано, — отметила Елена, работая с пультом управления стоянки.

Небольшая площадка на пять-шесть парковочных мест на заднем дворе махины многоэтажки, где мы обитали, на самом деле являлась не столько стоянкой, сколько платформой, которая отправляла транспорт на настоящую подземную парковку.