Книга Нижние уровни, страница 31 – Александр Лобанов

Чувствовать себя младше на десяток лет оказалось непривычно. Тело меньше, плечи согнуты, шея ныла от того, что постоянно чуть склонена. Зато мозги работают шустро, а в теле лёгкость… и страх.

— Тц… — батя цокнул языком. Закинул в рот капусту, хотя она и была только с плиты и могла легко ошпарить. Неспешно прожевав, он продолжил: — Значит, минимум на четыре года уезжаешь.

— Не считая каникул в сезон, — попытался вставить я.

— И всё это время работать не будешь, — зычный голос отца перекрыл мою вставку, словно её и не было. — То есть хочешь бросить меня одного на участке? — новая порция капусты. — Хочешь бросить семью неизвестно ради чего.

— Ради образования! — мать тоже села за стол, как всегда положив себе остатки. — Образование очень важно!

От поддержки матери сердце наполнилось теплом. Хоть кто-то меня понимал! Она собрала с собой еды на первое время. Всё что я люблю… Денег пыталась дать, но я не взял — не зря ведь работал до последнего! Не зря копил. На месяц жизни в городе точно хватит!

— Важно, — кивнул отец размеренно, не отрывая взгляда от меня. — Но он серьезно думает, что кому-то там, в городе, нужен? Думает, что сумеет устроиться на бюджет со своим деревенским аттестатом? Посмеются над ним только.

— Посмеются, и не поступлю — значит, вернусь, — себе под нос огрызнулся я. — Тебе на радость.

— Что? Что ты сказал? — повысил голос отец. — Повтори.

— Ничего… Говорю, что попробовать должен, — решился ответить я. — Не вечно же в деревне сидеть?

Я поднял голову и посмотрел на отца с вызовом. Здоровый мужчина. Под два метра ростом и косая сажень в плечах. Как он подковы гнул, я видел самолично. Щетина словно наждак. А взгляд… у меня от него перехватывало дыхание.

— А чем тебе деревня не угодила? — насупился отец и даже отложил приборы. — Это твой дом. Место, где тебя всегда ждут. Твоя земля, которая всегда рядом. Хозяйство, которое в зависимости от того, как поработаешь, так тебя и накормит. То, на что можно положиться.

— Это дыра! Грязная и вонючая дыра! — недовольно огрызнулся я. — У нас даже горячей воды нет! Баня раз в неделю — счастье. Интернет провели, так местные алкаши на вышку косятся, думают, как бы её в чермет сдать. А работать на этом «хозяйстве» постоянно в грязи, среди помоев, да навоза — уж спасибо не надо. Я лучше в городе счастье попытаю.

— Серёжа! Дима! — попыталась влезть мать. — А ну хватит!

Я даже и не помнил, что она пыталась нас разнять. В душе осталась лишь ярость в этот момент. Я чувствовал, как меня душили слёзы из-за того, что меня не хотели понять. Раздирала обида, от того, что пытаются остановить. Сжигала злость… о, как она меня сжигала!

— Это честная работа, — начал заводится и отец, повысив голос. — А что ты будешь делать в городе? «Физик» — разве профессия? Чем ты вообще будешь заниматься? В лаборатории мензурки мыть? Микроскопы протирать? Возомнил себя следующим Ломоносовым? Я бы понял ещё механик, или аграрное что-то… помог бы родному селу!

— Да к чёрту это село! — не выдержал я.

Я готов был броситься чуть ли не в драку, чтобы отстаивать свои, единственно правильные убеждения перед этим дуболомом, который с рассвета до заката только и работал. Более того, уже и меня окончательно достал, постоянно используя то грузчиком, то подсобником, то ещё каким-нибудь «принеси-подай-отвали и не мешай».