Книга Четвертая зеркальная война, страница 3 – Александр Лобанов

Мне как всегда «повезло»: «Иммунитет к воплощениям Веры» честно отрабатывал своё название, защищая меня от заражения. Хуже того, в связи с резким увеличением «больничных» среди как Редакторов Веры, так и Критиков мои обязанности резко увеличились. А вместе с ними и уровень силы: 50 РВ — постоянный запас Веры от дружественных ИИ.

Хугин напитался силой и стал увеличиваться, проносясь рядом со мной, и я спрыгнул на спину пету с края девятиэтажки в нескольких домах от места событий. Феникс довольно заурчал, а я потрепал питомца по шее. Мой друг радовал меня с каждым днём всё больше!

Я спускался, словно небожитель, снисходящий к ничтожным смертным: на лету спрыгнул с Феникса, тут же распугав аурой иммунитета к воплощениям подчинённых одержимостью крыс. Феникс на взлёте тоже постарался и разразился водопадом молний, выжигая мелкую погань. До места боя ещё дюжина метров, чтобы камеры дронов успели заснять, как я пафосно врываюсь в бой: понты — наше всё, не забывайте, уважаемые читатели!

— «Критик», — раздался шепоток со всех сторон… И если бы только шепоток!

— Господин Критик, а можно ваш автограф и селфи с вами? — ни обращая внимание на крыс и оглушительную битву рядом, ко мне из ближайшего подъезда выбежала сразу пара мальчишек не старше десяти.

Мысленно я офигел от того, насколько гражданские страх потеряли. Понятное дело — дети, не помнящие кошмаров Чёрного месяца, но где их родители? Однако к такому я был готов и знал, что посылать прятаться молодняк не стоит — не только из-за возможной неадекватной реакции с их стороны, но и ради поддержания имиджа, а значит Веры. Потому я остановился, прикрывая спиной детей от Чумного доктора, который именно сейчас раскрыл клюв маски и стал распространять зеленоватую дымку, более чем уверен, отравляющего свойства. Улыбнулся как можно доброжелательнее и присел на одно колено, чтобы сравняться ростом с ребетнёй.

Сумеречный ходок.

Уровень 35 Класс: Ученик мага

Живоглот.

Уровень 31 Класс: Ученик стрелка

Углубляться в параметры парней я не стал, отметив, что парочка играет в «Становление», а значит этим нужно воспользоваться:

— Сумеречный ходок, Живоглот, не стоит так рисковать, — укоризненно покачал я головой, подписывая протянутые мне бумажки и подставляясь под фото. — Поле боя не самое безопасное место!

— Мы вырастем и тоже станем Критиками! — порывисто заявил один из мальчишек. — Мы можем вам помочь!

— Спасибо! Вы помогаете тем, что Верите в Критиков! — я взлохматил причёску болтливому парню.

При этом я наблюдал через взор Феникса, что новичок и Леночка корчатся на земле, пытаясь судорожно вдохнуть. Шурупов ещё держался, но уже начал покачиваться, и каждый новый удар Чумного Доктора грозил свалить его с ног.

— А теперь бегите, ребята, — я улыбнулся со всей возможной доброжелательностью. — Мне нужно закончить тут с делами!

Мальчишки закивали и побежали в свой подъезд. Как раз вовремя: очередной удар Чумного Доктора повалил Шурупова наземь, и теперь одержимый чеканил шаг ко мне. Я рывком развернулся, и наган в моих руках грохнул дважды. Целил я по коленям противника — вывести из строя, не более. Вот только едва уловимый для взгляда взмах факела, и пули перехвачены.

— Я излечу этот мир! — голос Чумного Доктора отдавал хрипотцой и самую малость безумством. — Вы не встанете на моём пути.