Книга Четвертая зеркальная война, страница 81 – Александр Лобанов

В первой попавшейся камере был подвешен на цепях человек, с которого сняли кожу… но при этом он оставался жив — я видел, как подёргиваются оголённые мышцы, глазные яблоки вращаются, а рот с вырванным языком пытается что-то прошамкать.

Следующая камера оказалась двухместной… Хотя вернее будет сказать полутораместной — двое страдальцев оказались буквально сплавлены друг с другом таким образом, что превратились в воплощение карточного валета.

Нашёл я… хотя, уважаемые читатели, остальное я описывать не стану. Скажу лишь, что от некоторых видов меня выворачивало! А в нескольких случаях я рискнул вызвать гнев хозяйки замка и пристрелил страдальцев.

Немного взгрустнулось… Как-то привык я уже быть командным игроком. Есть в этом свои достоинства: по крайней мере в таких пропащих местах появляется шанс, что нападут не на тебя, а на твоего напарника…

Карканье Хугина стало признаком того, что мои мечты могут воплотиться в реальность, и дальше по курсу кто-то есть. Ворон выпорхнул из-за поворота, и поспешно приземлился на плечо, чуть не сбив меня и оставив несколько глубоких борозд на лёгкой броне.

— Стоять! — я взвёл курок так, чтобы звук был отчётливо слышен. — Назовись!

— Сергей, это я! — совершенно игнорируя мои указания, из-за поворота показалась Маша.

— Не двигаться! — я вскинул оружие и направил в грудь девушки. — Иначе открою огонь!

Маша послушно замерла на месте, подняв руки. Практически пай-девочка, которая забрела в страшный район… Вот только я видел взгляд Маши: спокойный и расчётливый. Хотя подруга заметно побледнела с момента входа в портал. Девушка замерла так, чтобы в одно движение вновь скрыться за поворотом или выхватить свой игольник. А чуть пухлопатый вид и лёгкая наигранная растерянность — маска, за которой Маша пыталась скрыть волнение от непривычной обстановки.

Ноги предательски дрожали в коленях при мысли, что передо мной может быть замаскированный кровожадный дух. Но я приблизился на расстояние действия своего иммунитета и… ничего не произошло. Никаких иллюзий или других воплощений на внешний вид. Однако я решил удостовериться:

— Почему Брут перешёл на темную сторону?

— По светлой стороне… — не задумываясь, ответила Маша.

Эм… Немного не то, что я ожидал, но ответ всё равно принимается. Я опустил оружие, признавая, что подобную ересь мог придумать только Брут. Девушка тоже расслабилась и опустила руки без волнения.

— Полагаю, ты знала, что встретишь меня?

— Кого-то из отряда… — поправила меня Маша. — Не забывай, сейчас вы все скрыты от предсказаний. Вы все для меня — белые пятна на древе вероятностей.

— Пятна, которые всё равно можно увидеть, если знать, куда смотреть…

— Не совсем. Обычно у предсказателей, чем ближе событие, тем оно чётче раскрывается: со всеми нюансами и пониманием происходящего посекундно. Чем дальше, тем меньше деталей можно разглядеть. На пределе видимости остаются лишь смутные образы и можно определить вероятность того или иного события… А когда я с вами, то словно всё время работаю на пределе способностей: пара-тройка минут относительно чётко, затем шансы и вероятности определяю, — Маша недовольно топнула ножкой. — Не представляешь, насколько бесит играть в это горячо-холодно!

— Эм… Соболезную? — даже немного растерялся я. Но всё же уточнил: — А определить, куда нам сейчас, сможешь?