Книга Печать Протеуса, страница 50 – Александр Лобанов, Иван Смирнов

Если что-то сработало однажды, то почему бы подобное не повторить вновь? К тому же из других вариантов в наличии присутствовал лишь один, а именно сдаться и умереть, и вот с ним я был категорически не согласен.

— Альтернатив и в самом деле не вижу, — отреагировала на мои мысли Ирис. — Но помни моё предупреждение об отравлении миром: лучше похромать пару дней, чем заиметь пожизненный негативный эффект.

Ирис всё же снизошла в своё время до объяснения, что значит выведенное ей сообщение: «Вы получили отравление миром Протеус: 8 %». Варварски использовав энергию «Самородка жизни» заточенного под развитие жизни другого мира, я невольно впитал информацию о нём, ту что ранее «структурировала» кристалл. С учётом того, что эта энергия для меня чужда, две «структуры» начали конфликтовать между собой.

Такое происходит в Последнем Мире постоянно, когда существа покидают родные локации. И чем сильнее различия между мирами, тем быстрее происходит отравление и разрушительней итоговый эффект.

Как оказалось, даже на территории карни я получал отравление, но за месяц его значение достигло максимум миллионных долей процента. Потому Ирис его и не показывала, но текущая ситуация была совсем иной.

Отравление чужим миром очень опасно, при достижении значений свыше двадцати процентов конфликт энергий может приводить к возникновению крайне неприятных для жизни дефектов. То в чём силён мир-отравитель, а именно основные особенности разумной расы под кого он создаётся, у заражённого подавляются и угнетаются. Если же значение «отравления» перевалит за пятьдесят процентов, то высок шанс уже не изменения или приобретения негативного эффекта, а смерти.

Вот только мне, крупно повезло, иначе не скажешь: параметр «адаптация», который Ирис заставила меня взять, активно боролся с отравлением. Так, что за прошедшие дни его значение снизилось на три процента.

Да и фраза спутницы про «похромать пару дней» очень сильно не соответствовала реальности, если я не восстановлюсь хоть частично в ближайшие минуты, то «хромать» буду уже на том свете.

О чём и поспешил сообщить Ирис.

— Лучше повесить себе пожизненный камень на спину, чем лишиться этой самой жизни.

Единственное, что хоть как-то функционировало, это сознание. Им я и потянулся к кристаллу пронзившему меня.

Ощущал я его чётко. Сложно не чувствовать кусок чего-либо, особенно когда он торчит у тебя из спины, до половины войдя в плоть.

Казалось бы, всё что я делал это думал, слегка вращал шеей и глазами, но даже такая нагрузка привела к вспышке боли. На миг зрение пропало, но это лишь усилило моё стремление добиться своего.

Не осознавая, возможно это или нет, я отдал приказ засевшему во мне Самородку жизни, как уже сотни и тысячи раз перед этим приказывал своим шарам опыта. И кристалл откликнулся на зов моей воли.

Я не услышал, но почувствовал, как он полностью распадается и мгновенно впитывается в тело. А затем меня пронзила боль!

Жуткая боль, что ворвалась в растерзанное тело, пытаясь перекроить его заново и я отключился.

* * *

Проснулся я одну маленькую вечность спустя.

Во тьме сложно определить сколько прошло времени. Но разница с прошлым пробуждением казалась титанической. Больше не хотелось умереть прямо здесь и сейчас. Более того, я чувствовал правую руку и мог ей управлять.