Книга Пути Великого Предка, страница 52 – Александр Лобанов, Иван Смирнов

Последние несколько фраз бьют меня словно таран в грудь. Я не давал ни разуму, ни душе никакого послабления или надежды на то, что дед жив. Та ситуация в которой я его оставил — несмотря на все убеждения деда, из неё практически невозможно было выбраться.

И даже то что я пришёл к этим людям… Я просто не мог иначе. Я должен был закрыть эту возможность. Потому так спокойно относился к нашему общению и работе. Я не верил в успех… Не верил. Боялся его… И не зря.

Понимание, что дед жив словно вспышка пламени озарила душу. Это был прилив радости и энтузиазма. Но практически сразу, пламя стало пожаром тревог и сомнений: почему после одного сообщения дед больше не выходит на связь? Может он погиб? В плену? Или что-то похуже?

Всё то, что терзало меня в первые дни в Последнем Мире нахлынуло вновь.

Вот только я был уже не тем, кто прибыл в Последний мир. Я успел измениться, а потому, пока душу терзала буря, голос мой не дрогнул и я небрежно уточнял:

— И о чём же вы говорили? Если конечно это не секрет… — последняя фраза даже помимо воли прозвучала, словно вызов.

— Он в двух словах описал возникшую с его родом ситуацию. Попросил помочь тебе, если ты появишься тут, в Алькоре. И попросил передать несколько сообщений.

— Я весь внимание, — от напряжения я так сжал кружку чая, что её край треснул. Едва заметно, но мне пришлось выдохнуть.

Вновь вернув взгляд на сидящего напротив старика, я заметил, как он тактично не стал комментировать моё состояние, всё же пробившиеся через контроль, и отвёл взгляд в сторону. Тем не менее, это не помешало ему продолжить говорить.

— Для начала, он просил передать, что любит тебя и верит, что ты твёрдо стоишь на своих ногах и идёшь к цели, — Прозвучало, как нечто очевидное, но это заставило меня улыбнуться. — Второе, он просил прощения. Передаю дословно: «За то, что не сумел удержать внучку в нашем мире. Она ушла по чужому пути».

Сердце болезненно ёкнуло. Неужто дед не успел и сестрёнка погибла?

Нет! Не верю! Просто не верю!

Да и дед никогда не был любителем пространных речей. Если бы она умерла, то он так бы и сказал. А тут «ушла по чужому пути», это явно намёк на что-то? Вот только на что? И почему это требовалось скрыть от, вроде как, союзников-людей?

Однако, не успел я додумать, как Волгер продолжил:

— Третье: твой дед планировал создать нечто вроде маяка, чтобы когда ты вернёшься в реальность, оказался бы не в окружении врагов на развалинах его поместья, а в безопасном месте. Он не особо углублялся в это, но просил передать тебе, чтобы когда придёт время ты «следил за знаками». Но признаюсь честно, так как больше сеансов связи не было, то даже не знаю увенчалась ли успехом его затея.

— Наверняка увенчалась, — я неожиданно понял, что хочу в это верить.

Как бы глупо или больно это не звучало, но я хотел. Очень хотел. Это позволяло мне верить, что я вернусь домой не в пустоту, а к тем, кто меня ждёт. А значит впереди не только месть, но и новое начало. Но прежде, стоит всё же о насущном.

— Это всё?

То что мне передали безусловно важно. Но возникло ощущение, что только ради этого дед бы не стал рисковать и искать способ связаться с людьми в этом мире. Наверняка должно быть что-то ещё! Что-то более важное.

Собеседник не стал мне лгать: