Книга Карты, деньги, два клинка. Том 1, страница 45 – Илья Романов, А. Байяр

Она промолчала, нахохлилась, но всё поняла и больше пререкаться со мной не стала. Что тут можно сказать? Люблю умных женщин.

— Мы поговорим обо всем в более укромном месте, — поднялся с дивана и наклонил голову набок, хрустнув шеей. — Подождите меня внизу. Скоро буду. Не скучайте.

Одевшись и спрятав клинки в рюкзак, закинул рюкзак на спину и спустился к девушке в фойе. Она терпеливо ждала меня, разглядывая пожухлые цветы в вазе.

Дворецкий снова взялся будто бы из ниоткуда. Хотя на самом деле, заслышав топот моих шагов по лестнице, выскочил из своей каморки уже при полном параде и с уложенными усами.

— Водителя позвать, господин-с?

— Да, — кивнул ему.

— И пинжнак, господин-с, — приоткрыв входную дверь, обернулся усатый ко мне и кивнул на вешалку. — Не забудьте пинжнак! Сегодня прохладнее, чем вчера-с.

— Кака-а-ая забота… — закатила Диана глаза, стоило мужичку юркнуть на улицу.

* * *

— Неужели мы будем обсуждать детали этого дела… здесь? — прошептала младший лейтенант, недоверчиво озираясь по сторонам.

Мы сидели в шумном кафе среднего уровня обслуживания, прямо посреди зала. В детской комнате неподалеку резвилась малышня, их мамаши громко сплетничали между собой, одним глазом посматривая на своих детей. Компания подростков, прогуливавших школу, хохотала и обсуждала вещи на языке, понятном лишь для ровесников. Больше половины столиков были заняты. Понимаю, почему девушка решила дать заднюю.

— Ты когда-нибудь слышала, что прятать желательно на открытом месте? — вопросом на вопрос ответил я. И всё-таки решил пояснить: — Поверь, каждый настолько увлечен собой, что на нас двоих им совершенно плевать.

— Попробую… поверить тебе на слово, — поморщила носик Диана.

Я рассказал ей. Рассказал ровно столько, сколько ей можно было знать. О Саре Динэль — девушке с фотографий, о ее трагическом прошлом и не менее трагическом настоящем. А также о человеке, которого златовласая элия заказала мне перед смертью.

— Надо же… — выдохнула девушка, как только я окончил повествование. — Если всё это правда, то нужно будет хорошенько потрудиться, чтобы засадить за решетку Лихачёва. Андрей Лихачёв… — посмаковала она. — Ты хоть знаешь, что это за человек?

— А я не собираюсь сажать его за решетку, моя дорогая, — усмехнулся и отпил холодный чай из граненого стакана. — Из тюрьмы можно сбежать. Есть вероятность откупиться и еще множество нюансов, над которыми мы не властны. Предпочитаю более радикальные методы.

Она молчала, но точно поняла, что я имею ввиду.

— Можешь и дальше коротать часы в полицейском участке. Выполняя лишь половину работы, которая на тебя возложена. Или же вовсе бесцельно проводя там время. Но если желаешь приносить реальную пользу людям… то, чего ты хочешь на самом деле… тогда, работая бок о бок со мной, ты этого добьешься.

— Ты…

— Убийство преступника или монстра я не приравниваю к убийству. Я считаю это воздаянием. Или же ты думаешь, что каждая жизнь, даже самая мерзкая, одинаково ценна? Спешу тебя разочаровать — нет. В глубине души ты и сама это знаешь.

— Ты… убивал? — Голос ее дрожал.

— Убивал, и не раз, — не поведя бровью, ответил ей. — Тех, кто заслуживал смерти. И убью снова, если потребуется. К тому же, за это неплохо платят.

Девушка резко встала из-за стола, задержала на мне взгляд, полный гнева, страха и презрения. А затем молча схватила свою сумку, закинула на плечо и широкими шагами направилась к выходу.