Книга Система стратегии: Лорды тоже люди. Том 2, страница 37 – А. Байяр

А смело потому, что Тамара стояла неподалеку от него, и уже надвигалась на бедолагу, подобно крейсеру Авроре, широко расставив плечи.

— Вот и счастливый папаша, — изогнул бровь Володя, едва завидев меня на горизонте, и взгляды всех присутствующих обратились ко мне. — Ну, как настроение?

— Не знаю… — помотал головой, действительно не вполне понимая, что чувствую.

Всё смешалось внутри меня. Волнение за юную мать, гордость, удивление, страх, радость… Целый спектр самых разнообразных эмоций, которые можно было определить по моему лицу и округлившимся глазам невооруженным взглядом.

— Ну так поднимайся, — кивнул Олег наверх. Впервые за долгое время я видел своего шахтера с чистыми лицом и руками.

— Скажешь, пацан или девка, — добавил Семён, ухмыляясь.

— Да лишь бы человек вообще, — хмыкнул Петруша, удобно устроившись на одном из столиков. — А то от Юрки нашего чего угодно ожидать можно.

Толпа вокруг меня загалдела на разные голоса, и я поспешил бодренько подняться по ступенькам на балкон, а затем приблизиться к дверям в Катькины покои, откуда и доносился детский крик. Двери были приоткрыты и, заглянув в просвет, увидел суетящихся Анну с Аленой, бегающих туда-сюда с тряпками, бутылями и прочим. А еще Эвелину с Ириной, сидевших подле кровати и перекрывающих мне обзор.

Медленно провел рукой по лицу, собираясь с мыслями. Глубоко вздохнул, и только после этого решился войти к матери своего наследника. Чувствовал себя каким-то папашей недоделанным, отлучившимся за хлебом, но… какой есть, такой есть. Говорят ведь, что мужикам свидетелями родов вообще желательно не становиться. Душевное здоровье можно подорвать.

— О, а вот и папашка нарисовался, вы гляньте-ка на него! — первой заметила меня Анна, полоскавшая в тазу окровавленные тряпки. — Бледный-то какой! Будто бы сам всё утро тужился, не иначе, ха-ха! Ну проходи уж, коль пришел. Мнется на пороге…

— Юра-а-а… — слабый голос Кати отрезвил меня, и я, игнорируя насмешливые замечания Анны, а также лукавые взгляды Алёны и наложниц, приблизился к кровати.

Молодая мать по бледности лица нисколько мне не уступала. Вот только широко улыбалась, а в руках держала белый кружевной сверток.

Первая мысль, возникшая в моей голове, была до ужаса странной: «Это что, правда, я наделал? Не, ну серьезно, что ли?» И лишь второй стала: «Мальчик или девочка?»

— Мальчик, — будто бы прочитала Катька мои мысли и приоткрыла ткань, обнажая раскрасневшееся и сморщенное личико младенца.

Блин, а ведь… ведь, и правда, похож! Чем-то… Лицо новорожденного еще, понятное дело, не сформировалось, и определить его черты было сложно, но сердцем чувствовал: вот она — плоть от моей плоти! И это казалось мне настолько странным, что мало с чем можно было сравнить это чувство.

Мой ребенок. Нет, не просто ребенок, если бы я всё еще был каким-то студентом или менеджером в мелкой фирме по продаже бытовой техники. Это мой наследник. Да, Цибульский был прав. Содержимое кружевного кулька — не просто потенциальный престиж, который я однажды получу, женив свое чадо на чьем-то еще. Это живое существо!

— Ты уже выбрала имя? — поинтересовался у девушки, неотрывно глядя на орущего малого.

— Ага, — слабо кивнула та. — Виктор.

Хм. Виктор Родионов. А что, звучит! И насколько же быстро ты дорастешь до моих лет, Виктор? Что ж, время покажет…