Книга Я вернулся. Том 6, страница 60 – Андрей Ткачев, А. Байяр

— Но!.. — вскинул химик указательный палец, однако полицейский уже скрылся, захлопнув дверь с той стороны. — Да что ж это такое делается-то?..

Место неизвестно.

…и время — тоже.

Борясь со сковывающим тело и разум бессилием, Четвертый уже в который раз разлепил тяжелые веки. Обхватил трубку, присоединенную к маске, бледными пальцами и стиснул зубы от натуги в попытках оторвать ее.

Тело всё так же отказывалось слушать своего хозяина, но омега понимал и принимал очевидный факт: если он и сейчас не сумеет выбраться из капсулы, то следующей возможности сделать это может вовсе не представиться.

С каждым новым пробуждением по ощущениям сил оставалось всё меньше и меньше. Так какая же разница, модификант ты или человек, если не способен управлять собой и это тебя очень сильно пугает? Если не можешь воспользоваться своими силами по собственному усмотрению, ничего не отличает тебя от ручной зверушки…

— Давай… давай же…

Капилляры в глазах Четвертого полопались, частично окрашивая его склеры в красный. Вздулись пульсирующие вены на лбу, растрескались пересохшие губы.

— А-а-а!!!

Парень и сам не сразу поверил, увидев отсоединенную от маски трубку в руке, но замешательство его продлилось всего несколько секунд. Совсем скоро — и одурманивающий газ заполонит всю капсулу. Необходимо было выбраться из нее прежде, чем это произойдет.

Места, чтобы взять разбег, не было. Пришлось отдать последние силы и попытаться выбить дверцу плечом. Пусть концентрированный транквилизатор больше не поступал в организм в прежних объемах, но ускоренный ранее метаболизм замедлился до уровня человеческого или даже хуже. Так скоро вывести вещество не получился, а значит, сейчас омега мог рассчитывать только на кратковременный всплеск адреналина.

Снова и снова он бросался на дверцу запечатанной капсулы, разбивая правую руку в кровь. Накатывающие с каждой секундой волны боли не мешали. Они отрезвляли. Позволяли модификанту находиться в моменте здесь и сейчас, замедляли воздействие удушливого газа и выигрывали драгоценные секунды.

Треск.

Треск. Треск.

Окно капсулы покрылось мелкими трещинами, которые росли с каждым новым ударом. На окровавленной дверце появились вмятины.

«Еще чуть-чуть… Немного! Совсем немного!»

Вот дверца капсулы распахнулась, и парень вылетел из пропитанной газом тюрьмы.

Расстояние между ней и полом составляло около пяти метров. Достаточно высоко, чтобы приземление выдалось довольно болезненным, но недостаточно, чтобы успеть сгруппироваться в полете.

Хотя Четвертый, ориентируясь на вид из окошка, понимал, какими последствиями чревата его импульсивная выходка, падение оказалось еще менее удачным, чем он предполагал.

Парень приземлился на обе ноги. Скорее, по привычке, закрепленной еще во время тренировок, и в ту же секунду взвыл от боли. Послышался леденящий душу хруст.

Тело после продолжительного пребывания в капсуле было ватным, и подобные нагрузки выдержать бы не смогло. По крайней мере, сейчас.

— Кх… — резко выдохнул омега, приподнялся на локтях и медленно обернулся.

Судить только по ощущениям ему было сложно. Он ведь никогда раньше ничего не ломал. Однако неестественно вывернутые ноги в области лодыжек красноречиво намекали на как минимум два закрытых перелома.