Книга Я вернулся. Том 6, страница 93 – Андрей Ткачев, А. Байяр

Джинхёк держался на удивление хорошо, никак не показывая охватывающие его эмоции. Самовольно отправляясь сюда, он и так должен был осознавать все связанные с этим риски, но сбор неоспоримых доказательств оказался для него важнее.

Мысленно я выдвигал несколько вариантов того, какое же «представление» собирались устроить бунтующие модификанты против уготованной им судьбы, пока мы шагали по опустевшему первому этажу. Но как только мы остановились перед дверями арены, и Шестой всё так же любезно распахнул их перед нами, из моей глотки вырвался резкий вздох.

Приблизительно треть многочисленных зрительских мест, пустовавших во время утреннего брифинга, сейчас была занята испуганно озиравшимися по сторонам научными сотрудниками комплекса.

Ну а между рядами расхаживал один из моих двойников, облаченный в такой же серый обтягивающий костюм с высоким воротником, как и Шестой. Походка, мимика, взгляд… Пятый?

Что ж, этим двоим ловко удалось провести и меня, и своего создателя. Заверить Хэвона в непоколебимой покорности, а затем нанести ему сокрушительный удар в спину под руководством Седьмого. Если так подумать, то на месте Шестого после громких заявлений омеги о несправедливости по отношению к модификантам, я поступил бы с ним точно так же, дабы не поставить свою верность под сомнение. Раньше времени.

Меньше всего я ожидал, что финал организатору будет уготован именно такой — закономерный. Ведь если ты осмелился разводить и дрессировать тех, кто в разы превосходит тебя и в физическом, и в интеллектуальном плане, рано или поздно дрессировщик сам может переквалифицироваться в жертву.

На ранее выключенном большом мониторе, висящем над ареной, сейчас отображались ядовито-зеленые строки электронной турнирной таблицы. Не было даже нужды спрашивать, чьими именами она была испещрена — именами сотрудников этого комплекса.

Прежде я размышлял, насколько нужно быть безумным, чтобы с готовностью согласиться вырезать членов своей квадры, рядом с которыми прошло всё твое детство. Безжалостно расправиться со своими друзьями и соратниками, оставшись единственным представителем квадры и заполучив тем самым один из основных номеров.

Но нет, мои двойники никогда и не думали прощать Хэвона за содеянное. Не собирались свыкаться с мыслью о том, что все они всего лишь инструменты, товары. Они всего лишь ждали удобного момента, чтобы утолить жажду мести.

Выходит, у нас куда больше общего, чем я предполагал…

Неужели Седьмой нашел меня и заманил сюда лишь для того, чтобы я разделил их боль? Известно ли ему, кем я в действительности прихожусь им всем? А если да, то как давно он об этом знает?..

Но когда Пятый подошел ко мне и заключил в крепкие объятья, я окончательно выпал в осадок.

— С возвращением, Нулевой! — похлопал он меня по спине и с неподдельной улыбкой отстранился. — Прости, что так долго пришлось тебя за нос водить, но Седьмой потребовал от нас прикидываться идиотами до последнего. Еще один? — попался Джинхёк ему на глаза.

— Нет. Шестерка Нулевого, — специально небрежно бросил гамма, и на лице детектива Кёна отразился целый спектр эмоций от облегчения до неприкрытого возмущения.

— Вы решили устроить свои отборочные игры в отместку за предыдущие, это я уже понял, — быстро перевел я тему и одновременно перешел к сути. — И чья это была идея? Седьмого? — обвел взглядом зрительские места, которые в настоящее время занимали не столько зрители, сколько потенциальные участники устроенной модификантами экзекуции.