Книга Куница. Том 1, страница 5 – Вадим Оришин

Григорий подошёл, протянув мне руку.

— Вставай, Дима. Пойдём.

Он помог мне подняться на ноги, тут же напутствуя:

— Помнишь, что я тебе говорил? Ни слова о ритуале. Уверен, всё будет хорошо, и тебе никогда не придётся о нём даже вспоминать.

Киваю. Неужели в детстве я был таким кретином, что о столь очевидных вещах требовалось напоминать? А, нет, это он волнуется так.

— Да, я помню. Ни слова о ритуале.

Спасибо тебе за то, что ты всё сделал правильно. За то, что заплатил цену. Теперь у меня есть второй шанс!

И вот мы идём по коридору к выходу из подземного комплекса, а я смотрю в спину этому старику. Большую часть жизни я считал мужика своим дедом, пока не узнал, что Григорий — мой отец. Девятнадцать лет назад, когда его старший сын, Степан, женился на моей матери, Елене, Григорий соблазнил девушку. И так появился я. Скандал замяли, но отец и сын всю оставшуюся жизнь первого друг друга любили до скрежета зубов. Впрочем, к чести Степана, меня он принял. Отцовской любви и заботы я не получал, что не удивительно, но и злости мужчина себе не позволял.

Узнал я обо всём, когда для очередного ритуала мне потребовалась кровь отца. Я пришёл за этим к Степану и прямо потребовал нацедить мне кровушки в стаканчик. К тому времени я уже сравнялся с бароном в чистой силе, а в мастерстве серьёзно превосходил, потому имел реальную возможность заставить его пролить кровь. Но Степан лишь горько посмеялся мне в лицо и послал на могилу Григория, предложив поискать там. Тогда меня это открытие не сильно тронуло, к тому времени успел набраться профессионального цинизма боевого мага, пусть и начинающего. Тогда...

Сейчас я заново задавался вопросом: как относиться к своему отцу?

Григорий был закрытым ворчливым хером, отравляющим жизнь окружающим и видевшим мир с какого-то своего ракурса, не так, как все. Сейчас я Григорию не доверял настолько, чтобы открыться. Потому что с этого, ещё пока не старого, мужчины станется использовать меня для чего-нибудь нехорошего. Да, барон тратил много сил, чтобы усилить меня, не отрицаю. Однако... Нет, не готов я ему доверять. Лучше пусть всё остаётся так, как есть. Роль малолетнего оболтуса я исполню легко и непринуждённо.

Прежде чем что-то серьёзное менять, мне нужно вспомнить, что сейчас вообще происходит. Разобраться, кто есть кто, не с позиции сопливого подростка, которым я был в этом времени, а с позиции боевого мага, потерявшего всё.

Мы вышли в небольшую комнату, потайную, находящуюся в основной части особняка. «Дедушка» закрыл вход в подземелье и открыл дверь, ведущую в общую библиотеку.

— Как ты себя чувствуешь? Усталость? Слабость? Головокружение? — спросил Григорий.

Я решил воспользоваться этой возможностью.

— Да, пожалуй. Лёгкая слабость.

— Тогда иди отдохни. На ужин тебя позовут.

Благодарно киваю и, на мгновение замешкавшись, двинулся к выходу. Лет тридцать, наверное, не бывал в этом особняке, успел забыть, что здесь где. Сориентировался. Через пару минут я вошёл в свою комнату и огляделся. Григорий не был любителем роскоши, и особняк, имея уровень комфорта, подобающий аристократу, оставался аскетичным. Ну хоть ванна у меня была. Как давно я не принимал ванну!

Разделся, ещё раз осмотрев себя в зеркале. Развитие — необходимый отпрыску барон минимум. Здоровое семнадцатилетнее тело, молодое и чистое. Ничего, время у меня есть, теперь есть. Я сделаю из этого тела настоящего боевого мага. Куница вернётся!