Книга Куница. Том 2, страница 150 – Вадим Оришин

— В общем, после того как ты исчез...

В пересказе история звучала самую малость безумно, особенно в моментах, когда пытались убить меня. Дмитрий вполне резонно замечал, что специалистов, особенно редких, просто так не убивают. Но когда я дошёл свитка и секрета, что на нём был записан, тёзка осознал цену вопроса.

— А вы о бессмертии знаете только со слов того ублюдка? — Дмитрий обернулся на меня. — Я достаточно тебя знаю, чтобы быть уверенным — ты нашёл способ достать информацию.

Олеся хмыкнула.

— Нет. Дима запряг меня, чтобы я нашла способ получить информацию.

— Ага, — соглашаюсь, не собираясь раскрывать, как именно мы это сделали. — Свиток оказался магическим. Там не столько текст, сколько воспоминания, судя по всему. Кто-то скрупулёзно вкладывал свой опыт и знания. Так что мы уверены, там именно секрет бессмертия, работающий, проверенный.

Несколько секунд мы ехали в тишине, пока Дмитрий переводил взгляд с меня на Олесю и обратно.

— И теперь этот секрет есть и у вас. И даже без свитка?

Я улыбнулся.

— Может быть. Но ты об этом ничего не знаешь.

Быков отвернулся от меня, расслабившись на сидении.

— Конец истории рассказывать? — уточнил на всякий случай.

— Нет, и так понятно, — отрицательно покачал головой Дмитрий. — Что дальше?

— Тебя мы вернём домой, лечится и приходить в себя. А сами доставим свиток начальству Олеси, делая вид, что китайскую грамоту не расшифровали. Олеся будет упирать, что колониалы со своими сообщниками пытались умыкнуть секрет в собственное пользование, ни с кем не поделившись, но пожадничали, не смогли между собой разобраться. А она такая молодец, умничка, красавица и вообще отличница, принесла начальству, как и положено правильной исполнительнице. А я постою рядом, скромно шаркая ножкой.

Олеся покачала головой.

— Можешь не пытаться, в твоё лицо наглость въелась глубоко и надолго.

Дмитрий снова начал переводить взгляд с Олеси на меня.

— Госпожа Миронова, а с каких пор вы работаете на этого наглеца?

Девушка вздохнула.

— Я тешу себя иллюзией, что у нас взаимовыгодное сотрудничество.

Быков успокоился, откинувшись на сидении.

Я тоже откинулся, стараясь не думать о начинающей дико болеть руке. Почему я оказался в такой ситуации? У меня полно опыта, я не мог не учесть простых вещей. Привык к неограниченной силе? Там, когда вышел на свой пик, я черпал энергию с других планов, не гнушался. Да и резерв был... Впрочем, и заклинаниями я оперировал затратными, так что это не аргумент.

Почему я не подумал о том, что резерв почти пуст? О том, что у меня только пистолет, а у ребят хорошее снаряжение? Откуда такая самоуверенность? Сколько раз я убеждался, что самоуверенность — отвратительный советчик? И ведь не скажешь, что мне здесь всё слишком легко даётся, так откуда взяться самоуверенности?

Что-то в этой ситуации меня беспокоило, но я никак не мог понять, что именно. Раз за разом оценивая свои действия, я убеждался, что действовал, в целом, адекватно, разумно. Единственное объяснение, которое у меня было — проблема в соединении разумов подростка и старика. Объяснение, которое ничего не объясняло.

Не сумев прийти к однозначному выводу, я позволил себе отключиться.