Книга Куница. Том 3, страница 107 – Вадим Оришин

— Ложной скромностью не страдаешь. Но и команда у тебя… — Владимир обводил взглядом людей, задерживаясь на Славе, а затем на Людмиле, не обделяя внимания и Ивана, впрочем. — Подобралась выдающаяся. Нашёл скрытые таланты, барон. Дамы, моё особое почтение. Вы — настоящие розы, украшающие этот букет, прекрасные и опасные.

Дамы, все три вместе с Ольгой, были удостоены короткого поцелуя руки. Староста не знала, куда деваться, желая провалиться сквозь землю. Похоже, девушка не видела в своей жизни Светлейших Князей, что будут целовать ей руку. Слава и Люда восприняли внешне спокойно, но зарделись. Потому что впервые в жизни признавали не их статус, полученный по рождению, а их заслуги, для многих аристократов это важный пунктик.

— Герцог Светлов. Вы великолепно показали себя в роли капитана.

— Благодарю за высокую оценку, Светлейший Князь, — склонился Светлов.

Владимир вернул внимание на меня.

— Барон, давай отойдём.

Мы не просто отошли, а ушли на одну из закрытых трибун для важных гостей. Волконский привычным хозяйским жестом открыл бар.

— Будешь что-нибудь?

Не отказался бы, но не после бессонной ночи.

— Нет, если выпью — свалюсь в кресле и усну.

Князь если и удивился, то не подал виду.

— У меня плохие новости, Дмитрий, — Владимир налил себе чего-то прозрачного и добавил льда. — Твоя команда не пройдёт отборочные.

— Почему?

Владимир грустно улыбнулся.

— Потому что вы привлекли слишком много внимания. Настолько много, что о вас за завтраком говорил сам Его Высочество. А внимание императорской особы редко приносит что-то хорошее, чаще наоборот.

Князь сделал хороший глоток. Пока всё, что сказал Владимир, было лишено конкретики, иначе говоря — просто слова.

— Лучшие команды высшей лиги собрались и составили коллективное заявление. В среднем они друг друга ненавидят до слюнявых визгов, но когда кто-то новый может выбиться в высшую лигу — сразу показывают завидную кооперацию. Организаторы игр соберут комиссию и будут с извращённым садизмом трахать тебе мозги, Дмитрий. Заставят наизнанку вывернуться, докопаются до каждого прыща на заднице, а затем отстранят твою команду, потому что ты не смог удовлетворить требование комиссии в срок.

Я вздохнул и сел. Возможно такое? Да запросто, и не такое возможно. Что я могу сделать в такой ситуации? В рамках возможностей наших родов — ничего. Приедут хмыри из столицы и будут носы от нас воротить, как от бродяг немытых. Определённое влияние у наших родов есть, и был бы вопрос важный — повоевали бы. Однако из-за моей блажи, как к этому относятся все, затевать вражду не будут.

Есть радикальный вариант. Называть каждого, кто будет ставить под сомнение честность меня и команды, лжецом и нарываться на дуэли. А затем одного за другим класть противников, наглухо, либо с серьёзными увечьями. Идея забавная, но совершенно бесперспективная. Воевать со всей империей — самоубийство, медленное и глупое. Остаётся что? Правильно — покровитель, достаточно влиятельный и могущественный. Кто? Конечно же, Светлейший Князь Волконский, который прямо сейчас протянет мне руку помощи.

— Поэтому, барон, теперь это моя команда. Ты останешься тренером, я не буду вмешиваться в процесс тренировок и подготовки. Только команда теперь будет моя. Одно моё слово и не будет никаких проверок, комиссий и прочего.