Книга Куница. Том 3, страница 142 – Вадим Оришин

— Нет. Ничего о ней не слышал с самого её отъезда. Вы со мной?

Слава отрицательно качает головой, пристально смотря на меня. Я растерянно развожу руками, девушка с облегчением кивает.

— Идём, — а вот Люда решила идти.

Думаю, и Слава бы пошла, если не ранение.

Мы спустились и вышли на крыльцо. На парковке стоял настоящий лимузин. Моё удивление было связано не с ценой автомобиля, а с его редкостью, этот класс машин не пользовался популярностью в Москве, насколько я знал. У машины стояло двое, Ядвига и парень, наш ровесник, холёный, с печатью надменности на лице.

Мы с Людой спустились по ступенькам, остановившись, гости подошли к нам. Не сразу я нашёлся, как обратиться к Ядвиге. Называть её госпожой Крсманович? Так мы вроде как врагами не стали, лишь перестали быть друзьями. По имени? Слишком фамильярно, пожалуй. Чтобы не возникло неудобной паузы, обратился прямо.

— Здравствуй, Ядвига, — произнёс я, заглядывая в карие, почти рыжие, глаза. — Давно не виделись.

Взгляд польки, острый, изучающий, сосредоточился на моём лице.

— Здравствуй, Дмитрий, — затем она перевела внимание на Людмилу. — Людмила.

Прозвучало холодно. Людмила, однако, улыбнулась, фамильярно облокотившись на меня плечом, что было бы верхом неприличия… Если бы я не понимал, в чём дело… Девочки соперничали.

— Ядвига, — широко, не скрывая довольства, улыбалась Люда. — Представишь своего спутника?

Парень с удивлением и неодобрением смотрел на нас с Людой. Мне бы, наверное, следовало оттолкнуть Люду, но после всего, через что мы уже прошли, я слишком хорошо понимал: этот жест насквозь дружеский, и касается вообще не меня. Даже был уверен, что Славяна, если нас увидит через окно, одобрит.

— Конечно. Вицлав, это мои одноклассники, Барон Дмитрий Мартен и боярыня Людмила Доброславова. Друзья, герцог Вицлав Гижицкий. Мой друг детства и… — Ядвига споткнулась, быстро заглянув мне в глаза. — жених.

Был бы я не уставшим после боя и не расслабленным после победы, мог бы и отреагировать как-то на этот милый факт. Однако одна мысль о Славе разлилась по сердцу теплотой и спокойной радостью. Что мне Ядвига и её жених?

— Рад познакомиться, — протягиваю руку.

Я ожидал удивления и даже, возможно, брезгливости, но Вицлав меня удивил, открыто улыбнулся и охотно ответил на рукопожатие.

— Я тоже очень рад. Ядвига много и хорошо говорила о тебе. Друг Ядвиги — мой друг.

Какой контраст с полькой, живое, подвижное лицо, живая мимика. И либо Вицлав не в курсе, что его невеста делала здесь, либо в курсе и уверен — это ничего не значит.

— Будьте моими гостями. И, — поворачиваюсь к Люде. — Пожалуйста, спроси у Славы, она выйдет к гостям?

Я специально сформулировал вопрос именно так. Люда идеально удержала лицо, только в глазах отразилось веселье и одобрение. Выражения лица Ядвиги я не видел, но не думаю, что там радость. Маленькая месть за жениха. Люда ушла в дом, я приглашающим жестом предложил последовать за ней. Гости не отказались, и мы вошли в холл.

— Будьте гостями в моём доме.

— У тебя свежая рана, — Вицлав указал на мою руку.

После душа я надел рубашку с коротким рукавом, так что свежая и почти исчезнувшая дырка от пули действительно попала на глаза моим гостям.

— Не свежая, — я улыбнулся. — Старая.

Но поляк серьёзно посмотрел мне в глаза.