Книга Куница. Том 3, страница 29 – Вадим Оришин

— На какой результат ты рассчитываешь? — осторожно спросил Витя.

Улыбаюсь. Нагло, самоуверенно, насмешливо.

— Я рассчитываю стать чемпионом. Пусть не с первого раза, но настроен я абсолютно серьёзно.

Пригорный вздохнул, пытаясь скрыть скепсис.

— Хорошо. Ты же понимаешь, как дорого стоит участие в играх?

Киваю:

— Конечно!

Более ничего пояснять я не стал. Тогда Витя уточнил ещё один, вполне логичный момент:

— Команда будет самостоятельная, или…

Раньше времени говорить, что команда прикрывается именем лицея, формально являясь самостоятельной, не стоит. Не те вещи, в которых признаются публично.

— Всем управляю я. Это мой проект, от начала и до конца.

— С этим будет ряд проблем. Дополнительные требования, на всех этапах работы, — начинает педантично перечислять Виталий.

Киваю, одновременно отмахиваясь, как от назойливой мухи.

— Мне всё это известно, конечно же. Всё предусмотрено.

Парень покосился на Мишу, в поисках поддержки, возможно, но брат сохранял спокойствие и молчал. Пригорный не хочет говорить о своей маленькой проблеме.

— Да, я готов взять на себя обязанности тактика, — озвучивает согласие Витя. — И сделать всё от меня зависящее для победы.

— Отлично! Вообще, по уму, нужно что-то вроде вступительного испытания… — Миша выразительно на меня посмотрел, естественно, так, чтобы Пригорный это заметил. — Но поскольку рекомендацию дал мой брат, считай, что я тебе доверяю. Ты ещё учишься или уже служишь?

Вите стало неудобно, ведь про свою проблему он ещё не сказал, а я уже развожу бурную деятельность.

— Эм… Ещё нет, сейчас я поступаю в учебку…

Не удержался, улыбнулся. Ностальгией повеяло, сам помню, как поступал в учебную часть. Как же давно это было.

— Так это отлично! — не даю я ему закончить. — Впишем тебе командировку! Если я ничего не путаю, участие в военных играх поощряется. Разве что команда не должна показывать самые паршивые результаты, конечно. Миша, я прав?

Тот кивает, а Витя, наконец, прерывает меня.

— Эм… Барон. Есть одна проблема.

Выражаю недоумение, а затем вопросительное нетерпение, ожидая, пока он озвучит свою проблему, наконец.

— У меня произошёл конфликт с графом Смирновым. Алексей пошёл на серьёзные меры и добился испытания кровью.

Я вопросительно смотрю на брата.

— Что-то вроде дуэли, — отвечает Миша. — Подтверждение своих навыков и умений. Нюанс в том, что во время такой дуэли можно серьёзно покалечить противника, а то и убить. И не получить за это наказания, если не считать выговора. Такие у армейцев правила.

Выражаю некоторое удивление.

— Ты мне раньше не рассказывал.

— Нечасто к этому прибегают, — пожал плечами брат.

— Ясно. И ты, Виталий, считаешь, что тебя могут покалечить?

Пригорный вздохнул, признавая:

— Скорее убьют.

Я совсем некультурно присвистнул.

— Такую серьёзную обиду ты Смирнову нанёс?

— Достаточную, — подтвердил Виталий.

Значит, рассказывать про свои косяки не хочет. Можно его понять, кто я ему, чтобы признаваться в таких вещах? Этот момент я ему всё равно припомню.

Перевожу взгляд на Михаила.

— Ты знал об этом?

Тот пожимает плечами:

— Без подробностей.

Хмыкаю.

— Допустим. И что? Если я, например, не хочу, чтобы нашего нового знакомого калечили или, тем более, убивали? Как я могу на всю эту ситуацию повлиять?