Книга Куница. Том 3, страница 54 – Вадим Оришин

И ночью пришла Слава. В форме, потому что мой взгляд видела и всё поняла.

Москва. Поместье князей Шемякиных.

Май 1983 года

— Ты знал, что так будет? — с нотками подозрительности спросила Слава.

Она откусила очередной кусок курицы, начав вдумчиво пережёвывать.

— Скажем так, я предположил такую возможность и решил подготовиться.

Мы сидели в моей комнате, на часах четвёртый час ночи, или уже утра. Славяна в одном полотенце на голое тело доедала разогретую магией курочку. До этого она была в душе, а до этого мы были заняты друг другом.

— А потом мне целого поросёнка придётся съедать? — ужаснулась Слава.

Отрицательно качаю головой.

— Нет, не должно быть. Но пару раз мы с тобой съездим на охоту.

— Ты же говорил, что не придётся, — напомнила Слава.

Киваю.

— Говорил. Кормить зверя не надо, но только так ты полностью разберёшься со своими способностями. Только…

Я замолчал, размышляя, как бы помягче сказать. Слава напряглась, вопросительно глядя на меня.

— Только что?

— Ты даёшь много воли зверю, — всё же лучше сказать прямо. — Как только закончим с играми — займёмся твоим самоконтролем.

Слава мотнула головой:

— Всё нормально у меня с контролем. Я с собой в полном мире и согласии. А вот твои поползновения делают меня подозрительной.

Ловлю взгляд Славы и спрашиваю:

— Ты веришь, что я хочу тебе только добра?

Своим вопросом чуть не заставил её подавиться. С ритма жевания она всё-таки сбилась. И смутилась.

— Да. Верю.

Киваю.

— Хорошо. Я знаю, как ты ощущаешь зверя. Не на своём опыте, но поверь: видел достаточно носителей, чтобы говорить с уверенностью. Ты отлично справляешься, однако всё чаще действуешь по наитию, а не осознанно.

Слава кивнула:

— Да, но ведь в этом и смысл? Чтобы делать, а не думать?

— В бою — конечно, — соглашаюсь. — И всё же не думаю, что ты хочешь навсегда превратиться в большую плюшевую кошечку?

Такой аргумент Славе крыть было нечем. И да, у неё начали проявляться черты трансформации. Не временной, как пару раз было во время наших поединков, а истинной. Пока Слава не может вызывать трансформацию осознанно, для этого в том числе и нужна охота. И во время секса проявилась трансформация, я имел удовольствие наблюдать милые круглые львиные ушки.

Покончив с курицей и сходив в ванную комнату, чтобы помыть руки и оставить там полотенце, Слава вернулась в мои объятия. Отказать себе в удовольствии не смог и начал гладить её нежную кожу. Не прелюдии ради, а чисто тактильного контакта для.

— Почему мы снова говорим обо мне? Я хочу говорить о тебе.

Не возражаю.

— О чём ты хочешь спросить?

— Почему спросить? — переспросила Слава.

— Раз хочешь, значит, есть какой-то вопрос.

Мне моя логика казалась безупречной, но Славяна, может, всерьёз, а может, из вредности, не хотела с ней соглашаться.

— У меня может быть перманентное желание говорить о тебе, знаешь ли! — возмутилась, пусть и наигранно.

— Как скажешь, — соглашаюсь. — Я сегодня получил массу удовольствия, пока издевался над подопечными.

— Так ведь и не было ничего, — удивилась Слава.

— Ага, — киваю, а я довольный. — Именно. Завтра будет куда интереснее. И я предвкушаю этот момент.

Слава покачала головой, но не знаю, с осуждением, или с одобрением.

— Я не об этом, — призналась Слава.

Хмыкаю.