Книга Куница. Том 3, страница 64 – Вадим Оришин

Однако что-то мне не нравится. И вдруг меня осенило, когда увидел лица парней, тех, чья команда победила. Уверенность в себе, расслабленность, довольство. Понятно, головокружение от успехов. Высокий боевой дух — это хорошо, но у нас здесь нечто совершенно иное. Зазвездились ребятки, надо на землю возвращать.

Вздохнул, окинул полигон взглядом. Нанятые работники установили макеты домов, притащили несколько старых автомобилей, для антуража, мусора накидали, с той же целью. Короче, множественные и разнообразные укрытия и препятствия, создающие учебное поле боя. Посмотрел, запомнил, пошёл к Игорю.

— Построй-ка личный состав.

Старшина, тоже заметивший разрушительные и опасные тенденции, с пониманием кивнул. Я пока сходил до арсенала, взял пистолет и несколько магазинов. Вернулся, встал перед строем, улыбнулся. Получил в ответ довольные улыбки. Не у всех, но у большинства.

— Вижу, своими успехами вы небезосновательно гордитесь, — громко обращаюсь сразу ко всем.

Ага, подвоха ещё не чувствуют.

— Боевой дух высок, полные штаны самомнения, готовы врага хоть на рога, да?

Улыбки повыцвели. Народ начал что-то подозревать.

— Сейчас мы с вами сыграем в увлекательную игру. Старшина. Давайте сообразим максимально эффективное отделение, два десятка человек как раз хватит. Полное снаряжение. Готовьте.

Раздались команды. Игорь без труда собрал лучших из имеющихся и послал набивать магазины патронами. Я сходил за Павлом и прервал его тактические игры, потащив на полигон.

— Видишь ли, — объяснял я сложившуюся ситуацию. — Самоуверенности много стало. Наглеют, забывают базовые приёмы, не осторожничают лишний раз. Что-то получаться начало, но не понимают — салаги они ещё зелёные.

Светлов, парень неглупый, как я это не один раз отмечал, понял, о чём идёт речь. Не знаю, на своём опыте он с таким сталкивался, или подсказал кто. Главное, что возникшую проблему он осознавал.

— И что ты хочешь сделать?

— Указать на заблуждение. Наглядный пример устроить.

Дальше логическая цепочка собиралась легко, и Паша меня не разочаровал.

— Ты выйдешь против нас? В одиночку?

— Именно, — киваю. — Даже способности сильно использовать не буду, не потребуется. Они же уже как дети, сами подставляются.

Сказано — сделано. Вот я снова стою перед строем, теперь поделённым на две группы. Павел возглавил маленькую, остальные сегодня зрители.

— Ставлю задачу — пристрелить меня. Времени вам три минуты. Полигон у нас не настолько большой, управитесь. Обратный отсчёт — тридцать секунд.

Я небрежной походкой пошёл к полигону, на ходу вынимая и взводя пистолет, а также надевая маску и очки. Опытный стрелок, специалист по использованию пистолетов, может вполне уверенно стрелять от бедра по мишени типа человек шагов с тридцати — сорока. Подразумевается стрельба в движении, не целясь, причём не только прямо под собой, но и в сторону, или вообще назад, если сноровки хватает из неудобного положения палить. Про себя могу сказать, что уверенно попадаю с шагов двадцати, если навскидку. Если буду прицеливаться — посажу в голову и с полусотни шагов. Но стрельба — это, по большому счёту, дело второстепенное и даже третьестепенное. Важнее сделать так, чтобы меня не зажали со всех сторон.

Отсчёт заканчивается, две группы учеников проникают на полигон. Пусть он у нас небольшой, но сразу от входов меня не видно. Я прикрываю глаза, ориентируясь на звук. Слышу, ощущаю дистанцию, направление. Три, два, один.