Книга Куница. Том 6, страница 62 – Вадим Оришин

Они вошли в гостиную, Максим жестом отогнал появившегося слугу и занял диван. Курпатов опустился в свободное кресло.

— А смерть Дмитрия…? — спросил Максим.

— Трупа нет, — пожал плечами Евгений.

— Вы не верите, — не спросил, а констатировал Волконский.

— Скажем так, — управляющий на миг задумался. — Дмитрий сгорел в самолёте и через пару дней оклемался, как ничего и не было. Я слышал, в Берлине натуральный ад, но готов поверить, что Дмитрий удрал из-под удара.

— Почему прячется тогда? — Максим не столько спорил, сколько закрывал спорные моменты.

— А разве происходящее не вписывается в то самое, к чему вы так готовились? Болтают, Стюарты восстание подняли. Кайзер мёртв, а с ним и вся верхушка правительства Священной Римской Империи. У нас чуть свержение правящего рода не случилось. В такой ситуации считаться пропавшим без вести, а то и вовсе мёртвым удобно.

— Твоя правда, — признал Максим. — В глубине души буду надеяться, что вы правы, и Куница где-нибудь сейчас партизанит, готовясь нанести один-единственный сокрушительный удар.

— А у вас как? Вернулись только вы, а остальные…?

Максим мрачно кивнул.

— Да. На нас расставили ловушку, в которую мы влетели двумя ногами.

— Гамаюн смог предвидеть ваши действия?

Максим пожал плечами.

— Мы с братом считали, что сумеем опередить противника. Если действовать достаточно быстро, то враг банально не успеет подготовить адекватный ответ до того, как всё уже будет сделано. Видимо, мы чего-то не учли.

— Бороться с тем, кто может предвидеть твои действия, — Евгений вздохнул. — Мы обсуждали с Дмитрием перспективы противостояние демону. Не то чтобы это совсем бесполезно, у его силы явно есть какие-то изъяны, но да, скорость действия, не оставляющая противнику времени на ответ, это был один из вариантов.

— А другие? — заинтересовался Максим. — Дмитрий вообще оставлял какие-то документы, записи, исследования? На случай, ну, чтобы мы могли продолжать без него?

Курпатов с неохотой, но признал.

— Да, оставлял. Вроде целые инструкции писал. В первую очередь по развитию, как набирать силу. Безопасный путь, ну и экстренный, на случай войны. Кое-что прислал уже с Кюсю. Но там были пометки. Что-то для Славяны, чтобы для Владимира, что для Михаила с Ларисой. Для Данко. В общем…

— Я понял. Для тех, кого уже нет в живых. Глупо мы подставились. Бездарно и глупо, — Максим поднялся, прошёлся до окна и обратно. — Но этого не должно повториться. Времени, судя по всему, у нас не слишком много. Мой род Романовы однозначно записали в ряды предателей, род Мартен, очевидно, тоже попадёт в опалу. И то, что у Мартенов практически нет сил, не только хоть для какого-то влияния на ход конфликта, но даже на отстаивание собственного мнения, Романовых волновать не будет. По их мнению, вы должны броситься на изменников и отдать свои жизни за императора, даже если это самопожертвование будет бесполезным.

Курпатов за речью Волконского наблюдал внимательно и задумчиво.

— Романовы умеют награждать за верную службу, но карают куда чаще и несопоставимо с тяжестью совершённого. Так что насчёт нависшей опасности я соглашусь, но… Князь, о чём вы? О тех, кого собирал Дмитрий, остались… — Курпатов задумался. — пани Ядвига и та ведьма.

— Команда для Военных игр, Евгений. Я говорю о команде.