Книга Столетний, страница 158 – Даша Бунтина

Таш увидел лица перед собой и внезапно понял, с какой надеждой все смотрят на него. Он даже не представлял еще по отчетам, сколько из этих людей потеряли дома, близких, для них было счастьем, что в Тэнси наступал покой. Ташу всегда казалось, что его никто и никогда не любил по-настоящему, но прямо сейчас он ощутил волну благосклонности, восхищения и внезапно понял, что ему это нравится.

— Я, если мне позволят и дальше исполнять эти обязанности, клянусь служить на благо народа! – Таш добавил эти слова от себя и поклонился, чем вызвал кивки, слезы и даже хлопки.

— Перед вами не только чужие для меня люди, среди предателей есть и моя семья. И сегодня я покажу вам, что родная кровь не значит ничего. У нас есть только Долина, и ради нее мы живем.

Какое-то движение слева заставило Таша перевести взгляд. С этой стороны стояли офицеры и их семьи. Таш сказал Тин, чтобы она не приходила. Но отчего-то знал, что она стоит там.

— Да свершится казнь во благо! – продолжил Таш и обнажил меч.

— Вывести заключенных вперед! Каждому будет дано право последнего слова, но не более.

Одного за другим выводили заключенных. Во рту у них были кляпы, а руки плотно связаны за спиной. Их подводили к тем офицерам, что были избраны жребием для казни. Помимо Таша, здесь стоял и Тож, который вызвался сам. Процедура была отлажена настолько, что к моменту, когда слетела четвертая голова, в толпе вновь раздались хлопки. Это неуместная радость испугала Таша, но он лишь отер лезвие и поднял взгляд на следующего. К нему вели Теза. Тот провисал на руках офицеров, но все же подавал признаки жизни. Его поставили на колени, но он не устоял и упал.

— Поднимите! – скомандовал Таш.

— Главный, вряд ли он сможет стоять… – запротестовал один из офицеров, и Таш, выругавшись, спустился с возвышения и сам подошел к брату.

Таш не смотрел на него до тех пор, пока тот не очутился на коленях прямо напротив. Вытащив кляп, Таш едва успел отвести руку, потому что Тез вздумал укусить его.

— Значит, есть в тебе силы, да, братец? – прошептал Таш.

— Как глаз?

— У меня есть второй, – ответил Таш.

— Никакой ты мне не брат, выродок! – Тез изловчился и плюнул Ташу в лицо.

— Он мне не брат! Уродец, дядя, чей же он сынок, этот ублюдок-то, а? – Тез запрокинул голову и заорал из последних сил. – Ну нам же его подкинули в Джун, почему он все еще зовет меня братом?! – Тез зашелся хохотом, лающим, диким.

— Хорошо, видимо, пытки… – Таш вытер слюну со щеки и хотел подняться, но Тез схватил его за штаны и дернул вниз.

— Слышишь, братец, я знаю одну тайну, что может разрушить всю власть в Долине, – прошептал он и рассмеялся. – Давай договоримся, ты оставляешь меня в живых и отпускаешь, а я тебе ее расскажу.

Таш вгляделся в лицо брата, пытаясь понять, правда ли его слова или бред больного сознания.

— Врешь!

— Клянусь, как клянусь и тем, что моего настоящего брата подменили на тебя. Я помню день, когда моя мать больше не хотела прикасаться к своему младшему сыну и при виде него начинала горько плакать. – Тез растягивал слова, явно наслаждаясь тем, что Таш думает.

— Главный, все в порядке, увести его? – спросил Тож.

— Все нормально, – ответил Таш и незаметно наступил на плечо Теза, вдавив его в камень. Тот взвыл.

— Мне все равно, чей я сын, а вот если расскажешь тайну, отпущу, брат, – произнес Таш улыбаясь.