Книга Тестовая невеста для Владыки ночей, страница 33 – Ксения О

Ничего не происходило какое-то время, потом я ощутила, как он крепко обнял меня, навалившись.

Я, испугавшись, приоткрыла глаза и схватила его за ханьфу. Мои холодные пальцы сжали его одежды, но он совсем не бранил меня.

Кажется, я слышала, как сильно бьётся его сердце, и мое тоже стучит неистово. Его дыхание такое глубокое становилось все чаще с каждым моим вздохом.

Пещера затряслась, словно началось землетрясение, наверное, чудовище, застряв в узком месте, решило тут все расшатать.

Кажется, мы вот-вот умрем, но Лань лишь прижал меня крепче. Щекой я почувствовала движение его кадыка. Владыка сглотнул несколько раз, и вдруг его теплое дыхание обожгло мою макушку. Он вел себя довольно странно, вопреки моим ожиданиям был добр.

Пещера опять затряслась.

Я осмеливаюсь приподнять голову, чтобы взглянуть в его прекрасное лицо в последний раз, но он, будто не жалея этого, придержал этот порыв. Затем его пальцы, скользя по моей прохладной щеке, немного вмялись в мягкую плоть.

Тут уж я живо представила, как меня, маленькую паровую булочку, сжимают его стальные руки.

Холод по спине. Его хватку уже не разжать…

Бррр…

Никак не понимая, что же именно произошло, я заерзала, пытаясь освободиться.

Хотелось бы знать, останемся ли мы целы или уже все, но Владыка, имевший на это свои планы, лишь крепче прижал меня к себе, все так же тяжело дыша, запрокинув голову, что-то бормоча о нелепости обстоятельств и странности бытия, приведшей его в такое незавидное положение.

— Жувань, — обратился он, дыша мне в самое ухо, — давай ты не будешь убегать. Смотри, к чему это приводит.

Он резко отстранился пытаясь закрыть рот самому себе, но руки его плохо слушались, как в принципе и я.

С безмерным страданием и неохотой исказившей его лицо он прошипел:

— Обещаю, если будешь меня слушаться, я буду очень хорошо заботиться о тебе, — такое предложение в этой ситуации и мрачной обстановке, с придыханием, будто сквозь боль, звучало более чем зловеще.

Владыка опять потянулся ко мне, его в бывшем бесстрастное лицо выглядело сейчас совсем даже страстным. Щеки горели огнем, и глаза сверкали раскаленным пламенем.

Я решила, что это самый подходящий момент его попросить.

— Владыка, верните меня на небо, в мире людей так все сложно, я ничего не понимаю, — и подалась вперёд, раскрывая объятья. Он взвыл, стискивая зубы.

Значит, момент я выбрала правильно, не может отказать милому облачку, он полон сочувствия и, кажется, скучал по мне.

— Хорошо, — его лицо уткнулось мне в шею, и он опять притих, тяжело дыша.

— Клянитесь!

«Знаю я его переменчивый характер!»

— Даю клятву… Да чтоб меня священный зверь Байцзе в ворота с ней не пустил… — прошептал он куда-то туда, где сбивалось с ритма мое сердце. И опять притих, по вискам его каплями стекал пот.

«Ну вот зачем жаться, если ему жарко?»

Мы чудом избежали перегрева благодаря тому, что в пещеру стрелой ворвался огромный белый тигр, свирепо озираясь. Шерсть его стояла дыбом, а глаза метали молнии.

Конечно же, я сразу узнала Цзоу-юя, который тут же стал гладким, опустив уши. Увидев нас, казалось, даже покраснел под тигриной шкурой и прикрыл рот лапой, бормоча:

— Владыка… Что Вы… То есть… Я помешал?

Владыка собственным трудом и моими крепкими пинками отлепился от моего тела.