Книга Метание ножей: бросок в сердце, страница 73 – Лия Совушкина

— А ты слишком низкого, — усмехнулся парень.

Дракон взял меня за руку, и я не убрала ладонь.

* * *

На следующее утро я проснулась с улыбкой. Файлин, которая уже возилась за столом, подняла голову и уставилась на меня с нескрываемым подозрением.

— Ты чего?

— Ничего, — ответила я, но лицо выдавало с головой.

— Ты улыбаешься, — сказала подруга. — Ты никогда не улыбаешься по утрам. Что случилось?

— Хороший сон приснился, — соврала я.

Файлин не поверила, но расспрашивать не стала.

На тренировку я шла, чувствуя, как внутри всё трепещет. Ноллан уже был на полигоне — разминался с Дамианом, и делал вид, что не замечает меня. Однако я видела, как дракон украдкой бросает взгляды в мою сторону. Виллир начал занятие со своей обычной жёсткой разминки: мы бегали, отжимались, отрабатывали удары. Однако сегодня всё давалось легко — будто у меня выросли крылья.

— Аврора, — окликнул меня наставник после спарринга. — Подойди.

Я подошла. Виллир смотрел на меня с мягкой, почти отеческой улыбкой.

— Ты сегодня выглядишь иначе, — заметил магистр. — Сияешь. Что-то случилось?

— Ничего, — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Ты выглядишь счастливой. — Наставник кивнул, будто подтверждая свои слова. — Это хорошо. Счастливый боец — сильный боец. Продолжай в том же духе.

Я почувствовала тепло от его похвалы. В глазах Виллира не было ничего, кроме доброжелательности и поддержки, ни тени подозрения, ни намёка на то, что он что-то знает.

— Спасибо, магистр, — ответила я.

— Иди отдохни. Завтра у нас тяжёлый день.

Я отошла, чувствуя на себе взгляд Ноллана. Мы встретились глазами, и дракон чуть заметно улыбнулся. Мир изменился. Или это изменилась я?

Вечером, когда я вернулась в комнату, Файлин уже ждала меня с новостями.

— Дамиан сказал, что вы с Нолланом вчера виделись на полигоне, — выпалила подруга, подозрительно прищурившись.

— Ну виделись, — равнодушно ответила я, пожимая плечами. — Не могли уснуть.

— И что делали? — продолжила допрос соседка.

— Разговаривали.

— И всё? — в тоне Файлин чувствовался неподдельный азарт.

— А что ещё? — не выдержав, рассмеялась я.

Наверное, получилось не слишком искренне, поскольку подруга посмотрела на меня долгим взглядом, но потом вздохнула.

— Ладно, не буду пытать. Но имей в виду: я целитель, я вижу, когда у человека что-то на душе.

— И что ты видишь? — спросила я.

— Что ты по-настоящему счастлива, — улыбнулась целительница.

Я не ответила, потому что подруга была права. Приятно было чувствовать, что я могу быть собой, и что есть кто-то, кому я нужна не как прислуга, не как тень, а как я сама. Ноллан сказал, что я для него важна. И я, кажется, начинала в это верить.

Ночью я снова не спала. Но теперь мысли стали другими — тёплыми, почти сладкими. Я вспоминала жар поцелуя, слова заставлчющие сердце трепетать, взгляд золотых глаз, когда дракон сказал, что я — первая. Может, это ошибка? Может, он снова играет? Но нет — в его взгляде не было лжи, только правда, от которой кружилась голова. Я закрыла глаза и улыбнулась в темноту.

Утро первого дня турнира началось с суеты, которая проникла даже в самые тихие уголки академии. Я проснулась за час до рассвета — и вовсе не от будильника, а от собственного сердца, колотившегося где-то под горлом. Сегодня решалась судьба каждого из нас.