Книга Проклятье снова между нами, страница 110 – Ульяна Муратова

Озноб — а это оказался именно он — никуда не делся, только усилился. Я с трудом выползла из постели и добрела до ванной, где намазала растёртые до кровоподтёков участки кожи заживляющей мазью и посмотрелась в зеркало. Под глазами залегли тёмные круги, а волосы торчали белой паклей. Грязь высветлила их практически добела.

Я с трудом сглотнула, поморщившись от боли. Дервин как раз поднялся.

— Сделать тебе отвар?

— Нам нужно на зарядку.

Он нахмурился, подошёл ближе и положил ладонь мне на лоб.

— Ты вся горишь! Какая зарядка?

— Я хочу вернуть дар. Значит, зарядка.

— Давай просто постоим под лунным светом? — предложил Дервин, и я согласилась.

Одевание далось тяжело. Хотелось на всё плюнуть и прилечь, но я запретила себе малодушничать и сдаваться.

Дар. Мне нужен мой дар. Я должна его вернуть!

Из гостиничного комплекса мы выползли на закате, и дорога до храма показалась мне пыткой, но я её выдержала, а потом осела на нижнюю ступень и подставила лицо убывающей Гесте, прошептав одними губами:

— Пожалуйста, верни мне дар… Я знаю, что никогда не ценила его. Если это был урок, то он усвоен. Пожалуйста… очень прошу!

Ничего не произошло. Я не почувствовала ни искорки, ни малейшего тепла в груди. Только холодный воздух врывался в лёгкие с каждым вдохом, выстужая их и заставляя мёрзнуть ещё сильнее.

Возвращаясь домой, я дала себе слово не сдаваться.

Вообще, я всегда ненавидела режимы, расписания дня и все иные проявления дисциплины, упорно навязываемые сестрой, но сейчас остро скучала по ней.

Она бы знала, что делать. Она всегда знает, что делать. У неё всё всегда разложено по полочкам.

Но… я тоже так смогу, если очень захочу. А я хочу! Теперь — хочу!

И дар свой вернуть хочу, и для Дервина стать нормальной женой, которую не нужно беречь от любого сквозняка, которая не заблудится в трёх улицах и не спалит кухню, если решит приготовить отвар.

Обессиленно рухнув на постель, я дала себе слово соблюдать клятый режим так, словно от этого зависела моя жизнь.

Вот только подступившая болезнь будет играть против меня, и я чувствовала, что обычной простудой не отделаюсь.

И как её лечить, если любое воздействие магией запрещено?

Десятое новебриля. После полуночи

Лунара Боллар

Неделя прошла в относительном спокойствии.

Эва с Бреном отдали книгу Скоуэру, но это ничем не помогло расследованию, а потенциальный покупатель оказался обычным старичком-антикваром, слегка помешанным на драконах.

Разумеется, Эва прекрасно это знала.

Разумеется, все быстро об этом догадались.

Разумеется, она ни капли не сожалела о содеянном.

Разумеется, принц жутко разозлился, когда вскрылась правда.

Разумеется, она посмеялась над его реакцией и беззастенчиво пофлиртовала со Скоуэром.

Так как командор опасался новых покушений, то выделил Трезану отдельную комнату, куда было категорически запрещено заходить всем прочим, даже его друзьям. Внутри установили какие-то особые защитные контуры, и никому в здравом уме совершенно не хотелось проверять их действие на себе.

Вестей от Лиры с Дервином не поступало, и это слегка беспокоило, зато Валентайн начал чувствовать себя существенно лучше. После взбесившей его Эвиной выходки он начал вставать с постели и ходить по медблоку, отчего я радовалась, а Адель страдала, ведь теперь доставалось и ей.