Книга Развод в 45. Мой бывший - дракон?, страница 90 – Алекс Ривер

Брошь лежала на столе, изящная и безмолвная. Говорить за нее предстояло мне, и все ждали моего ответа.

Сергей смотрел на меня, и в его глазах читалась боль мужчины, который видит доказательство связи своей невесты с другим. Де Санше взирал с холодным научным интересом, словно наблюдал за редким химическим реактивом, готовым взорваться. А де Монфор… его бесстрастное лицо было воплощением терпеливого ожидания палача.

Мысль отрицать все, сделать удивленные глаза и заявить, что я впервые вижу эту безделушку, промелькнула и умерла. Естественно, они не поверят. Тем более, что Сергей уже видел эту брошь в другом мире. Начну запираться и ему как минимум станет интересно, почему я так сделала. Конечно, он мог ее и не запомнить — не он же загадывал на ней желание, но зачем же рисковать?

Внутри все сжалось в ледяной ком, но я не дала чувствам взять верх. Вместо этого сделала шаг к столу, и почти бессознательно прикоснулась к броши. Де Монфор не шелохнулся, позволив мне взять ее.

Металл был холодным. В глубине памяти шевельнулось что-то чужое, но знакомое. Я «вспомнила», как моя рука, еще тонкая, принадлежащая девочке-подростку, протягивает брошь Жан-Люку. Его удивленный, тронутый взгляд. И слова юной Элеоноры: «Возьми. Пусть он хранит тебя, как хранил меня».

Надо же! Она отдала брошь Жан-Люку, но как тогда она оказалась у меня? Или это две разных броши?

Я подняла глаза. Сначала на де Монфора.

— Да, — сказала я, и голос прозвучал на удивление твердо. — Эта брошь принадлежала мне. Я получила ее в детстве от отца и считала талисманом.

Затем я повернулась к Сергею, держа брошь на раскрытой ладони.

— И я подарила ее капитану де Труа в день моего отъезда в столицу. В знак благодарности. Он и его люди защищали наше поместье от мародеров после того, как официальная стража отказалась помочь. Я была ребенком и не думала, что подарок в знак признательности может быть истолкован как-то иначе.

В зале повисла тишина. Я не оправдывалась и не врала, просто пересказывала факты, вкладывая в них нужные акценты: «защита», «служба», «благодарность». А заодно не удержалась от шпильки режиму Буонотарде, который не смог обеспечить стабильность в те годы.

Де Санше слегка поднял бровь. Мой ответ, видимо, оказался не таким, какого он ожидал.

— Благодарность, — медленно проговорил Сергей. Его голос был хриплым. — Ты подарила ему фамильную реликвию в знак благодарности.

— Да, — спокойно ответила я, глядя ему прямо в глаза. — Я была юной девочкой, чей мир, каким она его знала, рухнул. А капитан предложил помощь и защиту, за что я его отблагодарила, как могла. Но вы сами прекрасно знаете, что недавно капитан де Труа… напал на меня, и моя благодарность ему не распространяется так далеко. Так что я не имею понятия, как эта брошь оказалась в его камере. Возможно, он хранил ее при себе, и она выпала во время драки или побега. Я не знаю.

Я положила брошь обратно на стол, перед де Монфором, демонстрируя полную незаинтересованность в ее возврате.

— Это все, что я могу сказать по этому поводу, месье де Монфор. Надеюсь, это проясняет ситуацию?

Де Монфор склонил голову, взяв брошь.

— Благодарю вас за искренность, ваша светлость. Это, безусловно, проливает свет на… происхождение вещи. Мотивы же ее появления в камере еще предстоит установить.