Книга Мачеха под ключ. Праздник с доставкой для сирот, страница 73 – Алекс Ривер

— Что ж, идем.

Кабинет встретил нас все тем же запахом парфюма Кассиана, который не выветрился даже после месяцев проветривания. Я села в кресло хозяйки поместья — насколько вообще можно быть хозяйкой того, что тебе не принадлежит. Он устроился напротив, за своим столом, и снова оглядел меня с ног до головы. Теперь, когда мы остались одни, его лицо потеряло остатки притворного добродушия.

— Значит, зарабатываешь, — сказал он, откидываясь на спинку кресла. — Кто бы мог подумать. А я-то считал тебя пустоголовой куклой.

— Ты вообще много чего считал. И ошибался. Давай, наконец, перейдем к делу.

Он усмехнулся, покрутил в пальцах перо, которое валялось на столе.

— Дела, дела... У тебя теперь, я вижу, только дела на уме. А ведь когда-то ты была другой. Нежной, покладистой...

— Когда-то я была дурой, — отрезала я. — Да и ты, похоже, не слишком-то это ценил. И, если сейчас приехал, чтобы вспоминать былые времена, зря потратил время и деньги на дорогу.

Кассиан посмотрел на меня с любопытством. Как на насекомое, которое вдруг заговорило.

— Ладно. — Он отбросил перо. — Поговорим о деле.

И он начал рассказывать. Про столицу, про герцогиню Шеймсверн, про то, как его принимают в лучших домах, какие у него теперь перспективы. Я слушала вполуха и думала: господи, до чего же жалко это звучит. Мужик тридцати с лишним лет, который гордится тем, что стал игрушкой при богатой женщине. В моем мире таких называли по-разному, но редко — уважительно.

— ...и теперь я вхож в круг самых влиятельных людей, — вещал он. — Герцогиня представляет меня всем, она говорит, что я ее советник, но сама понимаешь...

— Понимаю, — перебила я. — Ты ее любовник. И сам по себе ничего не значишь.

Он дернулся, будто я ударила его.

— Ты стала грубой.

— Я стала честной. И мне не интересны твои нынешние регалии. Переходи к делу.

— Что ж, изволь, — брезгливо бросил он. — Моя Ванесса ко мне очень привязана, но ее весьма печалит, что я до сих пор связан обязательствами с такой никчемной женщиной, которая, к тому же, пятнает мою репутацию… — «Кто бы говорил» — фыркнула я, но Кассиан предпочел этого не заметить и продолжил: — Так вот, она требует, чтобы я привел в порядок свои дела. Развелся с порочащей меня женщиной и привез детей в столицу. Она хочет взглянуть на них самолично. Если они ей понравятся, она даже разрешит им пожить в ее втором особняке.

Я поймала себя на том, что застыла с напряженными во всем теле мышцами. И постаралась незаметно расслабиться. Это вот так он, значит, видит будущее для Тобиаса, Лилли и Оскара — разрешение с барского плеча пожить в каком-то поместье своей любовницы? Без значимых взрослых, учебы, и собственного дома?

А Кассиан, тем временем, закончил перечислять все «радужные перспективы» для детей и вернулся к насущному:

— Но к делу, дорогая женушка. Поскольку теперь ты стала такой грубой и якшаешься с этим подлецом Уэстом, мне даже не жаль будет с тобой развестись. А тебе всего-то нужно подписать эти бумажки, и дело обойдется без суда и публичного скандала.

— Давай бумаги, — спокойно кивнула я.

Он помолчал, уставившись на меня, как на умалишенную, но потом все же полез во внутренний карман сюртука и достал свернутые трубочкой листы. Бросил их на стол передо мной.