Книга Союз стали и шёлка, страница 71 – В.Л. Смит

— До завтра это не ждёт? — нахмурился стражник, сжимая эфес меча.

Плохо дело. Он что-то подозревает.

— Нет, — торопливо ответила я и, набрав воздуха, добавила самым доверительным тоном: — В Лунные дни необходимы травы. Сами понимаете.

Стражники сразу замялись. Переглянулись. Один отвёл глаза, второй вдруг закашлялся в кулак. «Лунные дни» — два слова, и мужчины готовы провалиться сквозь землю, лишь бы не продолжать этот разговор.

— Эм…

— Хм…

— Что ж, раз дело такое… иди. Но быстро.

— Слушаюсь.

Я кивнула и торопливо переступила порог поместья.

И в тот же миг с меня будто гора свалилась. Та самая тяжесть, что всё это время давила на плечи, на грудь, на каждую клетку тела, исчезла в один вдох. Я больше не ощущала давящей силы принца — его магия осталась за спиной, за каменной оградой, и между нами наконец пролегла черта. На пару секунд я даже позволила себе прикрыть глаза — от облегчения, от пьянящей лёгкости, разлившейся по венам.

Это было проще, чем я думала.

Но радоваться рано. Впереди неизвестность. И принц, который будет очень зол, когда ему доложат о моём побеге.

Всю первую неделю всё шло на удивление удачно. Я выбралась в первую же деревню — маленькую, затерянную среди холмов, — и была приятно удивлена, когда поняла, где нахожусь. Поместье принца располагалось в лесах Нэфэйчи^[8]. Это меняло дело. Отсюда открывалась относительно лёгкая дорога до восточных земель. Хотя Нэфэйчи находился в центральной части империи, теперь у меня появилось хоть какое-то направление. Не блуждание вслепую, а путь.

В моих планах было добраться до гор Фэйфэншаня^[9]. Дорога предстояла тяжёлая и долгая — через перевалы. Я шла пешком, экономила каждую монету и всё чаще ловила себя на мысли, что жалею лишь об одном: у меня нет знаний, как у принца, открывать порталы где вздумается. Его магия сейчас сэкономила бы мне недели пути. Но её не было.

Я шла по деревне, с интересом разглядывая уличные прилавки. Народу было много — видимо, сегодня выходной, и все жители решили прогуляться. Торговцы выставили товары: ткани с восточными узорами, сушёные травы, амулеты, блестящие безделушки, явно привезённые издалека. Я задержалась у одного из прилавков, разглядывая диковинки с востока — тонкую шкатулку с перламутровой инкрустацией, — когда почувствовала это.

Взгляд.

Тяжёлый, пристальный, он скользнул по моему затылку и замер где-то между лопатками. Я слишком хорошо знала это ощущение, чтобы ошибиться. За мной следили.

Я не обернулась сразу. Медленно поставила шкатулку обратно на прилавок, сделала вид, что рассматриваю соседний товар, и боковым зрением попыталась выхватить из толпы того, кто смотрел. Сердце забилось чаще, но лицо осталось спокойным. Я не в поместье. Здесь нет охранного полога. Здесь моя сила при мне.

Линь Чжэ.

Что ж, в этом есть смысл. Как выяснилось, он единственный, кто может видеть сквозь нити — сквозь иллюзии. Только он раз за разом находил нас в крошечной деревушке на окраине Шафэнчжоу, где мы надеялись затеряться среди крестьян и торговцев. Иначе как это объяснить? Не чутьё же, не случайность.

Надо было срочно что-то придумать. Уйти от преследования, сбить его со следа — но как? Линь Чжэ не из тех, кого можно обмануть простой сменой личины.

И вдруг мне в голову пришла идея.