Книга Встретимся в полночь, страница 90 – Брианна Борн

Я вытягиваю руки. Мои ладони прикасаются к холодному гладкому изгибу, я задерживаю дыхание. Это стекло.

Взгляд Страта встречается с моим:

— Мы в… пузыре?

— Нет. Это не пузырь. – Улыбка расползается по моему лицу.

Я смотрю вверх – и вижу, что над нашими головами смыкается сфера.

В этот момент начинается снегопад.

Первая снежинка падает мне на нос. Через мгновение на нас опускаются уже тысячи, так равномерно и бесшумно, что кажется, будто мы в кино.

— Страт, мы в снежном шаре.

Через считаные секунды мир вокруг оказывается накрыт мягким белым слоем, словно на пляжные кресла и полосатые зонтики накинули одеяло.

Некоторые снежинки не сразу падают на землю, а кружатся вихрями у нас над головами, как будто наш снежный шар встряхнули, а затем с мягким стуком поставили на стол.

Я очарована. Радость звенит во мне колокольчиками. Я широко развожу руки и запрокидываю голову, ловя снежинки языком.

Поворачиваясь, я вижу, что Страт наблюдает за мной. И в его глазах – та же нежность, как будто моя мечтательность и фантазии привлекательны, будто это сокровище, которое стоит беречь, а не гасить или прятать.

Я смущенно смеюсь и опускаю руки.

— Нет, не останавливайся, – говорит он. – Ты нравишься мне такой.

Он протягивает руку, хватает меня за талию и притягивает к себе. Мы прижимаемся друг к другу под снежинками, и мои руки ложатся ему на грудь.

Любовь.

Между нами возникает внезапная серьезность. Я не осмеливаюсь заговорить. Я вытягиваю шею, пытаясь заглянуть ему в глаза.

— Знаешь, – говорю я мягко, как снег, – я всегда мечтала о большой любви. Чтобы меня обожали. Чтобы я была единственной, о ком он думает. Чтобы кто-то отчаянно хотел поцеловать меня.

Я собираюсь сказать, что не представляла, насколько это прекрасно – быть той, кто любит сам. Той, кто отчаянно хочет поцеловать его. Но он тихо смеется, и от этого у меня внутри все дрожит.

Я смотрю вниз.

— Я знаю. Глупо, правда?

— Совсем не глупо. Я просто удивлен, что ты еще не поняла.

— Что не поняла?

— Ария, – он пристально смотрит на меня, – ты говоришь про меня.

Мое сердце подскакивает к горлу.

Его рука скользит к моей шее, большой палец ложится на впадинку у основания моего горла. Медленно он проводит пальцами вверх, они слегка дрожат, когда обхватывают мою голову и запрокидывают ее. Его взгляд прикован к моим глазам, когда он говорит:

— Ты – единственное, о чем я думаю. – Его губы, мягкие, как перышко, на моем подбородке. – Ты человек, которого я обожаю.

У меня кружится голова. Кончик его носа касается моего.

— И, Ария… Я отчаянно хочу поцеловать тебя.

Ощущения притуплены, как будто они застряли за толстым стеклом. Я знаю, что желание – огненный шар в моих легких, но оно ощущается как далекое, едва теплое свечение.

Я опускаю голову.

— Так жаль, что это полночь. Она мешает.

Мы уже целовались раньше, на вершине башни. Это было красиво и сказочно. Но насколько более головокружительным это могло бы быть в реальной жизни? Насколько жарче, насколько… реальнее?

— Я не хочу, чтобы наш первый поцелуй был здесь, Страт. Я хочу проснуться.

Он прижимается своим лбом к моему.

— Тогда давай проснемся.

Я закрываю глаза. И каким-то образом, когда я открываю их секунду спустя, неестественная тишина заснеженного пляжа исчезает.