Книга Наше небо на двоих, страница 104 – Алла Касперович

Пельмени в доме Перовых имелись всегда, но ели их крайне редко — пачка могла проваляться в морозилке полгода и больше, а затем её приходилось выбрасывать из-за того, что истёк срок годности. И держали пельмени в холодильнике исключительно на тот случай, если ни на что другое сил не будет. Чаще всё же как-то справлялись, но сегодня настал тот самый день X, когда пришёл их звёздный час. Вовремя, потому что через две недели и три дня пачка «подушечек с телятиной» полетела бы в мусорку.

— Бери сметанку, — усевшись за стол, сказала мама и пододвинула открытую банку мужу.

— Угу, спасибо.

Какое-то время они ели молча, никто не хотел заводить разговор первым. Когда пельменей не осталось, оттягивать было некуда.

— Ты знаешь… — начали оба и сразу же оборвали себя.

— Ты давай.

— Нет, ты!

— Что, как дети будем? — фыркнула мама.

— Дети… — Папа взялся за голову.

— Двое детей…

— Оль, что делать-то будем? — подняв на неё глаза, спросил папа.

— Ты знаешь… — Она в задумчивости покрутила пустую, если не считать нескольких мазков сметаны, тарелку. — Может, и не надо нам ничего делать.

— Мы уже ничего с Катькой не сделали! И что из этого вышло?

— Сравнил тоже! И говори тише — Кристина спит. Сам знаешь, что она с детства у нас самостоятельная. И ответственная! И разумная! А Катя… Тут да, мы не доглядели. Но ты же сам видел, какая наша Кристина счастливая стала! А приехала какая, помнишь? Осунувшаяся, глаза мутные. А теперь сияет вся.

— Это у неё от температуры, — проворчал папа.

— Юра!

— Мол-чу…

— Юр, я серьёзно!

— Ладно, Оль, прости, — повинился он. — Давай, я кофе сварю, а?

— Сваришь. Обязательно сваришь. Потом. Не уходи от темы.

— Уйдёшь тут… — папа с трудом подавил вздох. — Да заметил я, заметил, как Кристинка повеселела. Но тут же дети. А если у Кирилла этого с Кристинкой нашей всё серьёзно будет? Это же такая ответственность! И! — Папины глаза округлились: — Это что ж получается? Я уже так сразу дедом стану?! Я не готов! Я ещё слишком молод!

Мама фыркнула, затем у неё вырвался смешок, а уж потом она и вовсе расхохоталась, стараясь при этом смеяться не очень громко.

— Юр, это должны были быть мои слова!

И как-то сразу легче стало. Они оба улыбнулись и, привстав, потянулись друг к другу через стол, и прижались друг к другу губами в нежном поцелуе, а затем вернулись на свои места.

— Нет, ну… Парень-то он вроде хороший… — Довольная улыбка не сходила с папиного лица.

— Работящий. Семью сам содержит.

— И за детьми сам смотрит.

— И Кристину нашу, кажется, любит.

— В конце концов, мы её пока не замуж отдаём!

— И правда! Погуляют-погуляют, а там… А там и думать будем!

На том и порешив, они на цыпочках отправились к себе в спальню, чтобы там, взяв ноутбук и подключив к нему наушники, поудобнее устроиться на кровати и в который раз пересмотреть любимую комедию. Фильма им оказалось недостаточно, поэтому, поставив его на паузу, они всё так же мышками проскользнули на кухню, сварили кофе, забрали половину оставшихся пирожных, настрогали бутербродов, и папа с о всей этой добычей вернулся в спальню. Мама же ненадолго зашла к Кристине, измерила той температуру, выяснила, что она пока не поднимается, но и не настолько высока, чтобы давать жаропонижающее, и уже только потом присоединилась к мужу. После всех сегодняшних переживаний наконец-то хоть немного отлегло от сердца.