Книга Наше небо на двоих, страница 18 – Алла Касперович

Кристина проглотила непрожёванный комок и поспешно запила его последними глотками капучино.

— Ой, да, конечно! Я понимаю! — Она растерянно посмотрела на собравшегося уходить Кирилла.

А он слегка нахмурился, подумал всего мгновение и остался сидеть на месте.

— Это не мои дети, — наконец сказал Кирилл. — То есть, теперь это мои дети.

Кристина чувствовала себя полной дурой, потому что не понимала, что он имел в виду. Как это, не его дети, но теперь его? Он женился на девушке с детьми?

Цербер заинтересованно уставился на Кирилла, он явно готовился услышать интересную историю. Во всяком случае Кристина именно так расшифровала взгляд кота. Она бы тоже не отказалась послушать рассказ Кирилла, но в то же время не хотела его принуждать. В конце концов, она ему никто, а разговор, похоже, не обещал быть лёгким.

— Ты не должен мне ничего объяснять, — пробормотала она, и Цербер недовольно дёрнул хвостом. Кот искренне считал, что заслужил развлечение. Он сощурился, что-то муркнул, но его мнение осталось без внимания.

— Я знаю, — улыбнулся Кирилл, с интересом разглядывая девушку, сидевшую перед ним. Около уголка её губ собралось несколько крошек, и у него руки чесались убрать их, чего он, разумеется, не собирался делать. Он сделал знак Ангелине, и та, источая дружелюбие и любовь ко всему миру… отправила к столику не столь дружелюбного Михаила. — Американо, пожалуйста.

— Понял, — кивнул он и повернул голову к Кристине.

— И мне. Капучино, в смысле.

Снова кивнув и так и не улыбнувшись, Михаил вернулся к Ангелине и передал ей заказ.

— Тебе же спешить надо было, — напомнила Кристина, хоть и совершенно не хотела, чтобы Кирилл уходил.

— Минут пятнадцать у меня в запасе есть.

Кот, было напрягшийся, расслабился и даже негромко замурчал-завибрировал, всем своим видом выражая одобрение. Но рассказчик не торопился начинать, он дождался, когда Михаил принесёт кофе и поставит его перед гостями, и только тогда приступил к рассказу. Цербер и Кристина превратились в слух.

— Может, ты помнишь, — Кирилл взял ложечку и принялся тихонечко ею постукивать по столу, сам же задумчиво смотрел на чёрную дыру, образовавшуюся в кофейное пене американо, — у меня была невеста здесь.

— Помню, — коротко кивнула Кристина, отметив про себя слово «была».

— Она меня бросила… — Он положил ложечку на стол, а затем опять её взял и продолжил тихие постукивания. — А бросила она меня потому, что у меня появились дети.

Кристина и Цербер одновременно вытаращили глаза, посмотрели друг на друга и снова уставились на Кирилла.

Было видно, что ему тяжело подбирать слова, воспоминания давили на него, и Кристина успела пожалеть, что вообще поддержала этот разговор. Может, ещё получится его свернуть? Но сам рассказчик отступать был не намерен. Всё ещё глядя невидящим взором на чашку американо, где пенных пузырьков потихоньку становилось меньше, он продолжил:

— Я не помню, рассказывал ли тебе, но у меня была старшая сестра.

— Была? — вырвалось у Кристины, и она тут же прикусила себе язык.

— Была. Таня. — Кирилл говорил отстранённо, и от этого его слова ещё больше проникали в душу. — На пять лет меня старше. Она разбилась вместе с мужем через месяц, как я сюда вернулся. Мы с Юлей тогда готовились к свадьбе. У них остались маленькие дети: Никите тогда было три, а Анечке даже годик ещё не исполнился. У Максима, это муж сестры, из родни остался только отец. У нас с Таней тоже. Детей мог взять только я. Ну не мог их отправить в детдом. Как так? Это же мои племянники! А Юля меня не поняла, уговаривала их не брать, говорила, что у нас будут свои дети и всё такое… В общем, она меня бросила. — С губ Кирилла сорвалась горькая усмешка. — Вот и вся история.