Книга Наше небо на двоих, страница 91 – Алла Касперович

О ней они знали только со слов Анечки и Никиты, но и тех крошечных сведений вполне хватало, чтобы заключить, что девочка хорошая. Не то что та Юлька-вертихвостка. И ведь все видели, что человек она с гнильцой, а Кирилл, дурень влюблённый, ничего не замечал. Если бы не горе в семье, так и женился бы на этой охотнице за деньгами. Вот так люди и познаются.

— Эй, Максимка, ты чего? Чего это рожа у тебя такая кислая-кислая стала?

— Да Юльку эту вспомнил.

— Шал… — Дед Володя вовремя прикусил язык, как раз Никита зашевелился, но, к счастью, пока не проснулся. — Шалашовку эту? Чего её вспоминать?

— Да… Вспомнилась что-то. Скажем ему?

Дед Володя сразу понял, о чём говорит лучший друг. Дня три назад они узнали, что бывшая невеста Кирилла ещё летом вышла замуж. Всё, как она хотела: квартира в городе пятикомнатная, дом загородный, машина и ещё наверняка что-то, о чём местные сплетницы, хоть и не слышали, но уж точно догадывались. Богатства Юлька получила, это да, но к ним ещё и муж плешивый прилагался, лет на сорок её старше. И дети у него свои, и внуки, и три бывшие жены с тёщами в придачу, и букет болезней. Зато телефон всегда только новой модели и из салонов красоты не вылезает.

— Не! Не надо. Да ну её в ж…

— Деда… — Анечка потёрла глазки. — Пить…

— … жёны хорошо, что не взял. — Дед Володя получил от друга предостерегающий взгляд. — Сейчас, Анютка, будет тебе пить. — Он протянул ей бутылочку воды.

— Спасибо, деда! — Анечка сделала несколько глотков, икнула и расхохоталась. — Ой!

— Аккуратнее, Анечка! — пожурил её дед Максим, но не смог скрыть улыбку.

А тут и Никита открыл глаза и, пока не понимая, где находится, хмуро посмотрел сначала на сестру, а потом на спинки сидений, за которыми сидели их сегодняшние няньки.

— Деды!.. Я есть хочу!

— Ура, едем жрать! — обрадовался дед Володя.

— Жрать! Жрать! Жрать! — с удовольствием повторила за ним Анечка и захлопала в ладоши. — Жрать! Жрать!

— Володька, блин, — процедил сквозь стиснутые зубы дед Максим, — я тебя когда-нибудь прибью…

— Ага, — охотно отозвался тот, — только сначала пожрём как люди.

Коллективно решили поехать в пиццерию. Там они провели ещё какое-то время и, когда часы показали без пятнадцати семь, наконец отправились к Кириллу и Кристине.

Взгляд деда Максима красноречиво предупреждал: пасть откроешь — рот порву. Дед Володя на рожон не лез, знал, что тихий и спокойный друг только с виду такой тихий и спокойный, а сам и до членовредительства дойти может, если что. Не при детях, конечно, но от этого легче не становилось. Не то чтобы дед Володя хоть раз и вправду получал заслуженную расплату, но несколько раз видел, как лучший друг ставил на место и зарвавшихся юнцов, и ровесников. Ну как ставил… Так, скорее, на асфальт укладывал. Вот и не суди пельмени по упаковке.

Кристина же от Максима Петровича никакой угрозы не ощущала. Наоборот, он казался ей таким же надёжным и добрым, как и его сын. Она при первом же взгляде на Максима Петровича поразилась тому, насколько Кирилл внешне похож на отца — здесь никакой тест ДНК не понадобился бы. Второй дедушка едва доходил до плеча первому, худющий, но с небольшим пузиком. Дед Максим же сохранил юношескую фигуру. И лица обоих светились добротой.

— Здра-а-авствуйте, милая девушка! — сиял улыбкой дед Володя. Он сперва немного по-другому хотел сказать, но вовремя спохватился. — Анютка с Никитой так и говорили, что Вы красавица!