Книга Тысячу раз предатель, страница 4 – Оксана Алексаева

Голос дрожит, но я стою на своём. Пусть руки трясутся, пусть дыхание сбивается, но я не отступлю.

Тигран тяжело вздыхает, щурит глаза, как будто я всего лишь проблема, досадная ошибка, которую нужно исправить.

Холодный ветер треплет пряди моих волос, где-то сбоку хлопает дверца машины, но я вижу только его.

— У тебя нет выбора, Василиса, – говорит спокойно. – Слишком многое стоит на кону. Твоё благополучие. Благополучие твоей семьи.

Я ошарашено смеюсь. Смех вырывается нервный, хриплый, почти срывается в рыдание. Только бы не заплакать.

— Нет выбора? Значит, я должна молчать, пока ты таскаешь каких‑то девиц по номерам?

Тигран молчит. Только смотрит.

Холодно, оценивающе. Будто просчитывает последствия, но не для меня, а для себя.

И от этой тишины внутри всё ломается окончательно.

— Так вот знаешь что, – тычу в него пальцем, вдруг почувствовав, что ещё могу обороняться. – Я всё расскажу отцу! И он тебя в порошок сотрёт, ясно? Он не даст тебе спуску!

Эти слова дают мне иллюзорное чувство силы, ведь отец всегда держал меня под защитой. Да, я из богатой и обеспеченной семьи, моего отца знают многие и его слово тоже имеет вес. Если папа узнает, что Тигран, его будущий зять, изменяет его любимой и единственной дочери накануне свадьбы, да ему просто наступит конец! Отец не позволит ко мне такого отношения.

Я почти верю, что выиграла.

Но Тигран не боится. Даже не моргает. Наоборот… Усмехается.

Его губы чуть кривятся, глаза блестят злым спокойствием.

— Не хотел тебя расстраивать, но ты сама напросилась, – произносит холодно. – Твой отец в курсе.

Глава 3

Василиса

Тишина. Долгая, будто мёртвая.

— Что… – губы трясутся. – Что ты сказал?

Тигран молча смотрит на меня. Буквально сверлит взглядом.

Не оправдывается, не объясняет, просто ждёт, пока его слова дойдут до меня.

Я делаю шаг назад, воздуха не хватает.

Кажется, я падаю, хотя ноги всё ещё стоят на месте. Нет, нет, нет. Не может бить.

Отец знает?

То есть… Он знает, что Тигран… И ничего?

Перед глазами плывут картинки: воскресные обеды, их рукопожатия, взгляды, полные доверия.

Вот они смеются, обсуждают совместный проект. Вот отец хлопает Тиграна по плечу: «Теперь ты часть нашей семьи…»

Меня начинает трясти.

— Ты врёшь. – шепчу. – Это ложь.

— Нет, Василиса, – спокойно отвечает Тигран. – Можешь спросить у своего отца.

И эти слова звучат для меня как приговор.

Если Тигран в самом деле говорит правду, значит… Меня предал не только он. Меня предала и моя семья…

Чувствую, как внутри поднимается волна: это уже не слёзы, а ярость.

Горячая, колючая, первая настоящая ярость в моей жизни.

— Отец не мог так со мной поступить! – рычу злобно. – Ты что-то темнишь, Тигран!

Он усмехается. Нервно, коротко, так, словно терпения объяснять больше нет.

— Василис, ты видишь только красивую картинку перед собой, – его голос звучит почти устало. – Дорогая машина, бутики с брендовой одеждой, спа, бесконечные салоны красоты… Всё это – ширма.

Я сжимаю кулаки.

— Не смей говорить так!

— А я и не говорю ничего лишнего, – спокойно парирует он. – Ты просто не догадываешься, что твой отец почти банкрот. Всё держится на тонких нитях. И спасти его из этой ямы могу только я. Точнее, наш брак с тобой.

— Что за чушь? – шепчу, но голос звучит чуждо, будто не мой. Тигран делает шаг ближе, запах его парфюма обжигает, и я почему-то начинаю задыхаться.