Книга Тысячу раз предатель, страница 47 – Оксана Алексаева

Мне странно. Очень.

Я никогда не видела Тиграна таким домашним и уютным.

На нём простая футболка и спортивные брюки. Никаких рубашек, костюмов, строгого образа. Он наклоняется к Лее, что‑то ей говорит, терпеливо отправляет ей в рот следующую ложку.

И самое удивительное, что Тигран сам её кормит. Сам, представляете?

Прошлый Тигран, которого я знала, точно бы не стал этим заниматься. Поручил бы это кому‑нибудь, прислуге, например, или кухарке, лишь бы делегировать по максимуму. Или, в крайнем случае, дождался бы меня.

А он не стал меня будить, сам встал и сам взял ответственность, сам возится с нашей дочкой.

От этой мысли в груди становится теплее. Очень тихо, осторожно, но теплее.

Я вдруг понимаю, что он правда изменился. Не полностью, но некоторые изменения очевидны. И, что бы ни происходило между нами, с отцовскими обязанностями он справляется более чем. Вообще… всё, что он уже сделал, говорит о многом. Просто его жёсткость, требовательность, желание всё контролировать и делать по‑своему затмевают то хорошее, что в нём есть.

Наши взгляды встречаются, Басаев замечает меня. На секунду замирает, потом уголки его губ едва заметно приподнимаются. Пора выходить из укрытия.

— Доброе утро, – произношу я немного скомкано и чувствую, как на щеках появляется лёгкий румянец.

— Доброе, – отвечает он. – Лея, а вот и мама проснулась. Малышка тянет ко мне ручки и радостно лепечет что‑то, понятное

только ей.

— Обычно она встаёт позже, – выдаю я и подхожу ближе, садясь за стол.

— Но сегодня что‑то пошло не так, – спокойно отвечает Тигран. На секунду замолкаю, подбирая слова.

— Спасибо, что помог, – всё же говорю вслух. Неловкость висит в воздухе, тонкая, почти незаметная.

— Не стоит благодарить, – будничным тоном выдает в ответ. – Я просто выполняю свои отцовские обязанности.

И сердце снова ёкает. Опять.

— Тебе разве не надо на работу? – спрашиваю я, чтобы хоть как‑то отвлечься от этого странного ощущения.

— Нет. На сегодня я взял выходной, – он с нежностью смотрит на Лею. – Хочу провести время со своей семьёй.

Семьей… Он произносит это слово так спокойно и уверенно, будто оно для него давно привычно.

Сердце ёкает снова. Я уже сбилась со счёта, в какой раз за это утро.

Глава 29

Василиса

Мы с Тиграном стоим на вершине небольшой снежной горки, он берет Лею на руки и скатывается с ней вниз на ватрушке. Малышка восторженно визжит, смеётся. Её щёки красные, глаза блестят, дыхание сбивается от счастья.

Я сажусь следом и лечу вниз. Ветер бьёт в лицо, снег летит в глаза, ватрушка подпрыгивает на кочках, а мы кричим и смеёмся, как сумасшедшие.

Лея хлопает в ладоши, словно требует повторить.

Я же поднимаю взгляд на Тиграна, и прихожу в оцепенение.

Он смеётся. Так громко и искренне, без тени напряжения. Его глаза будто стали светлее, живее, совсем не такие, какими я привыкла их видеть: холодными, оценивающими, отстранёнными.

Я ловлю себя на мысли: а видела ли я его вообще когда‑нибудь таким?

Таким беззаботным и легким, прям как мальчишка. Кажется, нет. Мы катаемся снова и снова. Падаем в снег, встаём, хохочем.

Тигран подхватывает Лею на руки, подбрасывает, а она визжит от счастья. Я чувствую себя… нормально. Даже больше, невероятно хорошо. Так, как давно себя не ощущала.