Книга Она моя дочь?, страница 91 – Соня Вишнякова

— Именно. Было ощущение, что ты испугался того, что наговорил под моим давлением и быстрее уехал, чтобы не продолжать предсвадебные беседы.

— Честно сказать, об этом я не подумал. И Лиза так решила? — нахмурился я.

— Будем надеяться, что нет. Она слишком молода, чтобы рассмотреть очевидное.

— Черт, я совсем не хотел, чтобы так выглядело, но мне действительно нужно было срочно уехать, чтобы попасть на сегодняшнюю конференцию.

— И ты не знал о ней заранее?

— Конечно, не знал. Иначе, я бы уехал, сразу, как повидал тебя вчера. Мой бизнес был под угрозой, — говорю возмущённо, чувствую, мне не верят.

— Понятное дело, бизнес важнее, чем человеческие отношения и чувства. Тут я с тобой согласна. Но мне показалось совсем другое. Да и, кстати, на всякий случай, предвосхищая твои будущие сомнения, хочу тебе сообщить, что я давным-давно сделала тест ДНК Ани. Она абсолютно моя кровь, а значит, твоя дочь.

— Ч-то? — я реально запнулся.

— Что слышал, — засмеялась она в трубке, — значит, я была права, ты сомневался. Скажи мне, дорогой, как можно сомневаться в Лизе? Она чистейшая, как кристальная слеза. Она тот человек, который не обманет ни при каких обстоятельствах. Даже если захочет обмануть, у неё не получится. Ты ещё этого не понял?

Я шумно, облегчённо выдохнул.

— Теперь понял.

— Ну, вот и хорошо. Надеюсь, я развеяла твою грусть?

— Развеяла, — эхом повторил я.

— Ну, и славно, а теперь давай, звони Лизе и говори, как ты скучаешь по ней, и любишь. Ну, не знаю, можешь ещё что-то добавить от себя.

— Ты очень коварная женщина, — я довольно усмехнулся.

— А ты не знал? Вот теперь будешь знать. Ладно, всё, мне пора спать. Давай, до скорой встречи.

— До встречи.

Тамара отключилась. Но я не стал набирать Лизу, как она просила. Я ещё немного посидел, обдумывая и переваривая услышанное.

Действительно, как я мог усомниться в словах Лизы. Вот я дурак.

— Мама, а когда папа приедет? — Аня легла со мной рядом, на диване, прижалась и обхватила рукой.

— Скоро, малыш, очень скоро, — эхом выдохнула я, обнимая дочь.

Мама сидит на кресле, повернулась от телевизора, посмотрела на меня поверх очков. Она всё время так сморит, будто не верит в то, что я говорю. А я сама-то верю?

Сегодня от Давида ни одного звонка, ни одного сообщения. Занят, я понимаю, у него много дел. Он мог просто забыть… про меня, про нас.

Как можно про нас забыть?

Нет, тут что-то другое.

Сама я не могу набрать его, боюсь, что это будет некстати, помешает. Сомневаюсь. Снова я не уверена в себе и в том, что происходит. Смотрю в экран телевизора, а думаю о своём. Почему Давид не звонит?

Перед тем как лечь спать, Аня снова спросила:

— А завтра папа приедет?

Что я могу ответить?

— Зайчик, если у папы не будет никаких важных дел, он обязательно приедет, — почти уговариваю и себя, и дочь.

— А почему он не звонит? Я хотела сказать ему спокойной ночи, — обиженно моргает темными ресничками.

Ну, вот, уже началось то самое, чего я больше всего боялась. Моей дочери достаточно было совсем немного, чтобы вся её Вселенная повернулась в сторону её отца. Она так долго хотела его, что, лишь узнав, сразу полюбила, быстро и основательно. Теперь она считает, что и он её любит, так же, как она его. А если это не так?

На его чувства я не могу повлиять, а на чувства Ани мне придётся влиять всю оставшуюся жизнь… если вдруг он наигрался с нами и бросил…