Книга Развод. Не время сдаваться, страница 50 – Оксана Рэй

— Ты… — начинаю я, но голос срывается в хрип. — Ты до сих пор… встречаешься с ней?

— Нет, Марин, это… это старые фото, — он начинает торопливо, путаясь. — Мы не виделись. Это было давно, еще когда я… — он хрипло кашляет.

— Мне все равно, когда это было, — выдыхаю я. Голос звучит ровно, странно спокойно. — Разбирайся с этим сам. Но если эти фото появятся где бы то ни было, если хоть кто-то из нашего окружения их увидит… я не буду разбираться, кто виноват. Я просто сделаю все, чтобы ты нас больше не увидел. Никогда. Ты понял меня?

Он молчит. Вдруг он резко выхватывает телефон из моих рук и начинает что-то яростно печатать.

В этот момент из-за угла выбегает Поля. Она держит в руках маленькую блестящую сумочку и свои новогодние подарки.

— Нашла!

Она вдруг замолкает, оглядывая нас. Ее улыбка сползает с лица.

— Мама? Папа? Что-то случилось? — ее голосок становится тихим, испуганным, она замирает на пороге.

Мы с Сергеем одновременно отводим взгляд от телефонов. Он первым приходит в себя, натягивая на лицо что-то, отдаленно напоминающее улыбку.

— Ничего, рыбка. Все хорошо. Взрослые дела, — говорит он, но голос звучит натянуто, фальшиво.

Я подхожу к Поле, беру ее за руку. Мои пальцы ледяные.

— Идем, солнышко. Правда, все хорошо. Папе просто нужно срочно уехать. По работе.

Последние два слова я произношу автоматически. Старая, изношенная пластинка, которую мы крутили уже много недель. Поля смотрит на Сергея, потом на меня. Ее глаза сужаются, в них мелькает тень сомнения.

— Точно на работу? — тихо уточняет она и берет меня за руку крепче, будто пытаясь согреть.

— Да, — хрипло говорит он, уже надевая пальто. — Мне… нужно кое-что срочно решить. Но я скоро позвоню. Обещаю.

Мы выходим на улицу. Морозный воздух бьет в лицо. Я пытаюсь глубоко вдохнуть, но он обжигает легкие. Сергей идет рядом, но молчит. Его телефон еще раз тихо вибрирует в кармане. Он вздрагивает.

На прощание он кладет руку на голову Поле, наклоняется и целует в щеку.

— Я позвоню позже, — говорит он мне, глядя прямо в глаза.

— Ага.

Он уходит быстрым шагом, почти бежит к своей машине. Я смотрю ему вслед, держа за руку Полю, и чувствую, как по спине ползут мурашки.

Ольга не остановится, — проносится в голове. Она явно обезумела.

— Мам, а папа точно придет? — спрашивает Поля, когда его машина скрывается за поворотом.

— Постарается, — повторяю я этот бессмысленный, ничего не значащий ответ.

Я смотрю на ее поднятое ко мне лицо, на котором уже нет безудержной радости, а есть лишь усталая надежда.

Сергей Дверь машины захлопывается за мной, отсекая внешний мир глухим, герметичным звуком. В салоне пахнет кожей, холодным зимним воздухом с улицы и моим собственным раздражением, которое, кажется, уже впиталось в обивку за эти нескончаемые недели.

Тишина.

В ушах все еще звенит это детское, полное надежды “обещаю” Поли, смешанное с гулкой, давящей пустотой, которая осталась после Марины. Я сжимаю руль. Он хрустит под пальцами.

Хочется сломать что-нибудь. Вывернуть этот руль наизнанку.

Перед глазами те самые фотографии и лицо Марины. В ту долю секунды, когда она их увидела. Сначала шок, а после абсолютная пустота. Тишина после взрыва. Достаю телефон. Палец сам находит контакт. Алексей берет трубку на первом гудке.