Книга Проект Алиса Громова, страница 135 – Алёна Май

Он украдкой посмотрел на медсестру.

— О таком стыдно говорить, это длинная история.

— Я никуда не тороплюсь! — и Ирина резво вернулась на стул, на котором сидела.

— Может, мне и правда пора выговориться, — начал свою игру Матвей. — Вы умеете хранить секреты?

Девушка положила руку на сердце и отчаянно поклялась, что за пределы больничной палаты не выйдет ни слова. Матвей в любом случае не проиграл бы, так что его это устроило.

И он рассказал. Вообще всё, что мог. Его ведь не связывали никакие соглашения о неразглашении. Начал он рассказ с бурного романа с Жанной, со своей наивности и еще немного детской влюбленности в женщину старше себя. Если Ирина решит найти подтверждение его словам, то, возможно, наткнется на парочку стоковых фото с мероприятий, где они вместе в кадре, но не на виду. Он специально вдавался во все личные и постыдные подробности, а Ирина, кажется, жалела, что под рукой у неё нет попкорна. Иногда она издавала звуки вроде «ах» и «ох», но чаще молчала и не перебивала, давая Матвею исповедаться.

Потом он перешел к их истории с Алисой, к их маленькому секрету и к тому, как это стало всё невыносимо, как разрывали чувства, как душила гордость, как они оба запутались и как наконец освободились.

Матвей внимательно следил за Ириной, за тем, как она теребит бинт в руках, как сжимает сиденье стула и ёрзает. Он следил за её выражением лица, за эмоциями, которые вызывает его рассказ. И с каждым словом Ирина становилась всё мрачнее тогда как Матвей чувствовал себя окрылённым. Такой легкости он не испытывал никогда прежде.

Может, и правда надо было сходить исповедаться. В церковь хотя бы. Просто найти эти уши, которые примут тебя со всем дерьмом жизни и простят. И только теперь он по-настоящему увидел Алису. В своём рассказе. В том, как сияли глаза Ирины, когда он говорил о своей девушке.

Кажется, у него удалось вернуть веру в них. А потом он дошел до эпизода с Катей, Константином, полицией и истинной причиной, почему в его боку дырка и сам он похож на побитого пса.

— Обалдеть! Это… действительно… — ирина хотела было взять Матвея за руку, наверное, чтобы поддержать, но одернула себя и залилась румянцем. — Даже не знаю, как реагировать.

— Просто спасибо, что выслушали. Мне давно не было так легко кому-то открываться.

— Ой, скажете тоже! — захихикала Ирина. — У вас есть родители, брат, девушка. Все живы, и это главное. А карма, знаете ли, всегда накрывает. Не сразу, так потом. Вы своё явно уже отгребли. Теперь — её очередь. Я это вот прям чувствую, — девушка проникновенно взмахнула рукой, а потом как будто что-то вспомнила. — А хотите, я вам расклад на Таро сделаю? Но вы тоже пообещаете никому не говорить об этом. Я всё-таки врач, а у меня тут эзотерика.

Матвей улыбнулся и кивнул. Ну, не дурак же он сейчас настраивать девушку против себя, отказываясь. Вокруг итак происходит слишком много чертовщины. Какие-то карты точно хуже не сделают. Тем более, что он был уверен, что это всё сплошь психология.

— Согласен.

— Тогда я перед концом смены к вам еще раз зайду, посмотрю перевязку и сделаю расклад!

Вот теперь он на все сто процентов убедился в молодости Ирины, она лучилась детской непосредственностью. Она чуть ли не вприпрыжку уходила из палаты в ожидании их новой встречи, а на Матвея обрушилась тишина.