Книга Развод в 50. Когда давят рога, страница 31 – Вера Рэй

— Мам, из офиса меня уволили еще два месяца назад. Их не устроило, что я могу работать только во второй половине дня. Хотя я выполнял не меньше задач, чем остальные. Надо было срочно что-то решать. За квартиру платить, да и на прочие расходы.

— Мог бы у нас попросить денег. Сколько раз тебе говорить!

— Я уже взрослый человек, и могу себя содержать самостоятельно. Тем более, папа мне сразу намекнул, что свободных денег нет. Хотя я и не просил у него подачек…

— Таааак. И где ты в итоге работаешь?

— Мам, это всего лишь подработка. И это ненадолго.

— Хватит юлить. Говори прямо, где ты работаешь?! — моментально стала той самой строгой мамочкой, от которой Тёма в детстве прятал дневник с плохой оценкой.

— Он вагоны разгружает! — Настя не выдержала первой.

— Что?! Почему?! Артем, ты в своем уме? Ты хочешь здоровье свое угробить? Почему мне не сказал? Мы бы тебя в ресторан устроили.

— Я с отцом разговаривал. Он сказал, что для меня подходящей вакансии нет.

— Какая же он все таки…

Мразь! Денег у него свободных для сына нет, а вот для шлюшки своей на подарки — это, пожалуйста.

Работы для сына нет… А вот шлюшку свою вообще без проблем устроил.

Сволочь…

— Значит так, Артем. У нас как раз появилась вакансия администратора. Так что ты, давай, завязывай со своей подработкой. А то потом на лечение больной спины намного больше потратишь, чем сейчас заработаешь.

— Мам, только не надо из-за меня кого-то увольнять.

— Не кого-то, а любовницу твоего отца. Тем более, она уже уволена со вчерашнего дня. Папаша твой чуть ресторан до банкротства не довел. Так что теперь придется приложить немало усилий, чтобы вернуться к прежнему уровню. И я надеюсь, ты мне в этом поможешь. Я могу на тебя рассчитывать?

— Конечно, мам!

— И больше от меня, пожалуйста, ничего не скрывай!

— Постараюсь… Мам, а с папой у вас что? Всё настолько серьезно?

— Серьезнее некуда, Тём.

— Может, стоит обратиться к семейному психологу?

Я понимаю сына. В его понимании мы с Мишей всегда были образцовой семьей. Даже он не знал обо всех скелетах, спрятанных в шкафу нашей спальни.

Раньше мы часто ссорились, но всегда мирились. Но не на этот раз.

Миша пересек черту, которую можно переступить лишь единожды и в одностороннем порядке. Обратного пути теперь нет.

И все же…

Я не хочу, чтобы Артем разрывался между нами. Он имеет право общаться с отцом, если захочет.

А психолог… Сомневаюсь, что этот специалист сможет вылечить бл*дство моего бывшего.

— А ты сам? Смог бы простить предательство любимого человека?

— Нет, — сын покачал головой. — И сам считаю, что должен соответствовать своим запросом, поэтому верность в отношениях — превыше всего.

Я рада, что правильно его воспитала.

— Тем более, если по-настоящему любишь человека, то других уже просто не воспринимаешь.

Настя расцвела, услышав такие слова. А в ее глазах появился озорной огонек.

— Вот видишь, сынок. Ты сам все понимаешь… Если любишь, то целиком и полностью посвящаешь себя только одному человеку… А когда не любишь… Я не вижу смысла вкладываться и дальше в эти отношения.

— Ты всегда вкладывалась больше него, мам. Больше всего я за тебя волновался. Потому что знаю, как ты папу любишь…

— Любила, да. А сейчас будто глаза открылись, и я на этого человека иначе смотреть начала. Артем, и все же мы с тобой два сапога пара… Я в этой ситуации тоже очень за тебя волновалась. Не знала даже, как тебе рассказать, что хочу подать на развод.