Книга Развод в 45. Все только начинается, страница 46 – Даша Елизарова

Арина

И я уехала.

Да, наверное, надо было воевать до последнего, стоять на своем, не опускать руки.

Но сил на это у меня попросту не осталось.

Заняться рукоприкладством и вышвырнуть Аллочку я не могу. Во-первых, полагаю, Леонид не позволил бы, вступился за благоверную, а во-вторых, если она и вправду беременна, не хочу брать грех на душу из-за нерожденного ребенка: если в процессе взбучки что-то пойдет не так, я не прощу себе этого.

Оставаться с этой новой ячейкой общества невозможно.

Они испоганили мою кровать своим блядством. Был вариант пойти в гостевую и слушать всю ночь их кряхтение за стенкой — о, уверена, Леня бы постарался, чтобы я услышала все-все и даже больше.

Какая мерзость, господи...

Как мы докатились до всего этого? Зачем эта подлость на подлости? Раз за разом я думаю, что Леня не опустится ниже, но он неизменно поражает меня все сильнее и сильнее.

После «радостного» известия, которым огорошил меня Леонид, я попыталась втолковать ему, чтобы шли они с Аллочкой подальше из моего дома, но тщетно.

Если Магомед не идет к горе, то гора идет к Магомеду. Точнее, от него.

Буквально за десять минут я собрала часть своих вещей, покидав в сумки первое, что попалось под руку.

Сгребла всю косметику и драгоценности — с Ленечки станется вручить все это Аллочке.

А потом я уехала из этой квартиры, решив для себя, что больше не вернусь.

Дом, где мой будущий бывший муж трахает свою беременную любовницу, больше не мой дом. И жить в нем я не хочу.

Это мерзко и унизительно.

Поэтому я еду в родительский дом. В мою крепость. Туда, где я уверена в своей безопасности и покое.

Я подъезжаю к воротам, где меня встречает охранник.

Ребята дежурят посменно, потому что в доме много ценного — дорогая техника, предметы интерьера, так что поживиться есть чем. Для безопасности мы установили камеры по периметру и вдобавок приставили людей.

— Арина Германовна, добрый вечер, — ко мне подходит один из старших охранников.

— Насчет доброго спорно, Вов.

Он сочувственно вздыхает, открывает дверь машины и протягивает руку, помогая мне выйти.

— Вы на вечер, проверить дом?

Обхожу машину и киваю на сумки в багажнике.

— С ночевкой, а дальше как знать. Как знать. Поможешь отнести вещи в дом?

— Конечно. Перенесу все в лучшем виде. Да, кстати, Марина была сегодня с девочками, прибрались основательно, так что в доме идеально чисто.

У нас договор с клининговой фирмой на генеральную уборку раз в месяц.

Это место мне по-особому дорого, ведь это дом, в котором выросла я, мои дети, так что я стараюсь следить за порядком и не допускать каких-то серьезных поломок или беспорядка.

Владимир заносит вещи, и я прошу оставить их в гостинной.

— Вова, у меня будет к тебе просьба.

— Слушаю.

— В дом никого не пускать.

Охранник замирает, мне кажется, даже перестает дышать.

— Совсем никого? А если приедет ваш муж или сын?

— Вот их в первую очередь.

Назарка в стоп-листе. Его видеть я не хочу.

— Ни семью, ни подруг, ни ремонтников, никого. Приедут, скажут, что я разрешила, — не верь, звони мне и уточняй. Исключение — Ева, ее пускать можно.

Охранник явно озадачен, но чувство такта у мужчины имеется, и он не задает вопросов, на которые я не хочу и не буду отвечать.

Забираю чемодан и иду в спальню. Когда-то это была наша с Леонидом комната, но от него тут не осталось ничего: всю одежду, книги, памятные вещицы он вывез давным-давно.