Книга Измена. Простить или забыть, страница 10 – Даша Елизарова

— Осталось пятнадцать минут, я справлюсь. Мне правда уже легче.

Ангелина садится рядом со мной:

— Ты беременна, да? — спрашивает тихо. — Я когда Анечкой была беременна, меня вот так же накрывало в первый триместр.

Геля у нас мать-одиночка, воспитывающая дочь без мужа. Моя героиня.

— Не знаю, — облизываю губы. — Просто в последние дни я чувствую себя очень странно.

— Мутит? — трогает заботливо мой лоб.

— Да. Причем и утром, и вечером.

— Да, это неприятно, — соглашается. — Ты тест на беременность делала?

— нет, — веду плечом. — Все надеюсь, что это недомогание, связанное со стрессом, и оно вот-вот пройдет.

— Пройти-то пройдет, — кивает и улыбается. — Просто через девять месяцев.

Я не реагирую на ее веселье.

Продолжаем съемку, потом Ангелина напрашивается со мной домой, чтобы вместе сделать тест. Эта поддержка очень ценна. Одной мне и вправду страшно его делать.

— Какой взять? — рассматриваю в аптеке различные тесты.

— Да обычный бери, если беременность есть — любой тест покажет, Катюх. Все остальное маркетинговый ход.

Покупаю тест, в гостинице закрываюсь в ванной и делаю все по инструкции, затем выхожу.

Геля сидит в кресле у окна. Увидев меня, поднимается, подходит ближе.

— Ну что там?

— Пока одна. Но надо ждать, еще не время.

Вместе садимся на кровать.

— Что будешь делать, если все-таки окажешься беременна, Кать?

— Не знаю, — пожимаю плечами. Думать об этом страшно. — Артем говорил, как хорошо, что у нас нет детей, потому что не хотел бы забирать ребенка у матери.

— Да когда он успел стать таким козлом! — восклицает подруга.

Пожимаю плечами:

— Тем же вопросом задаюсь.

Переворачиваю тест.

Две.

Роняю лицо в ладони и реву. Гелька гладит меня по спине, уговаривая, что все хорошо и что я справлюсь.

Мне бы ее веру в это светлое будущее, потому что внутри я эмоционально пуста.

— что мне делать теперь, Гель? — поднимаю на нее зареванное лицо. — Я вот-вот стану разведенкой. Ребенок родится, на что я жить буду?

— справимся, — заявляет твердо. — Я ж сама справилась, Кать. Сложно. Порой очень одиноко и обидно, особенно когда видишь, как парочками с детьми гуляют. А ты одна, всегда одна. Потому что отцу твоего ребенка нет дела ни до тебя, ни до вашего общего малыша.

— Я боюсь.

— Это только поначалу страшно, — улыбается мягко. — А потом ты берешь в руки сверток — и знаешь, сразу крылья за спиной раскрываются. Все это очень тяжело, Кать. Ты сама видела, как я валилась без задних ног. Но оно того стоит, подруга. Я бы свою доченьку ни на какие блага не променяла.

Улыбаюсь ей сквозь слезы.

— оставляем?

— Да. Никому не отдадим.

Даже родному отцу.

7.

Катя

Пинаю носком ботинка комок грязного снега.

Уже пора проходить в здание ЗАГСа, но я оттягиваю неизбежное до последнего. Варюсь в воспоминаниях и мыслях.

Снова по десятому кругу вспоминаю, как хорошо нам было с Артемом. Как все начиналось, реалии совместного быта, свадьба. Первые ссоры и первые примирительные поцелуи и объятия.

Не было никогда идеально, но мне и не нужно это было. Самое главное, чтобы мы были рядом друг с другом.

Сам развод не страшен.

По факту это всего лишь еще одна бумажка с печатью.

Я не хочу идти в ЗАГС не потому, что через несколько минут стану беременной разведенкой, а потому, что останусь одна.