Книга Любовь Зла, или На побегушках у демона, страница 7 – Кристина Римшайте

На губах ректора заиграла загадочная улыбка. Он не такой простак, каким хотел казаться. Рони это хорошо знала и, определив свой жизненный путь уже в двенадцать, готовилась к встрече с этим человеком особенно тщательно. Хоть она и должна была произойти только через четыре года…

— Согласен. Подловила, — он примирительно вскинул руки и, качнувшись в кресле, подскочил на ноги. — Опережая твои вопросы, ошибки быть не может. Сразу после вещания я вскрыл «золотой конверт». Его доставили ещё вчера: Оракул отправил «весть» заранее.

— В нём моё имя? — спокойно спросила Рони, искоса взглянув на говоруна. Он там сознание от страха не потерял? Иногда закрадывались сомнения, а точно ли он магическое создание? Чувство, что в душе он заяц, а не птица, обладающая уникальными способностями.

— Да…

— Родителям уже сообщили?

— За минуту до твоего прихода, я отправил вестника.

— Ясно, — ровно вымолвила Рони и бесстрастно констатировала. — Они расстроятся.

Ректор прошёлся по кабинету, налил из графина воды в стакан и протянул его блаженной миссис Френни. Она имела удивительную особенность: в самые «подходящие» моменты выпадать из реальности.

— Я искренне сочувствую тебе и твоим родным, но… мы же не на казнь тебя отправляем. Ещё никто не возвращался из Нижнего мира мёртвым, могу тебя заверить. Только живыми…

— Это радует, — равнодушно отозвалась Рони и погладила говоруна по маленькой головке. Тот прикрыл красные глаза-бусины, млея от удовольствия. Такой простой, казалось бы, но этих созданий, и правда, тяжело приручить. Рони пришлось сидеть в лесу под сосной пять дней и столько же ночей, прежде чем птица заговорила с ней. А ей только исполнилось двенадцать, она была одна, а в лесу полно дикого голодного зверья… — Но вас не смутило то, что меня определили к Высшему демону? С каких пор людей вообще к Высшим определяют?

И снова на лице ректора появилась эта загадочно-ироничная улыбка.

— С момента, как ты впервые переступила порог этого кабинета, я понял, что ты необычная девушка.

— Вы заблуждаетесь, господин Агнар. Я обычная, — невозмутимо заметила Рони. Говорун снова попытался спрятаться под волосами.

Ректор улыбнулся шире и сел обратно в кресло.

— Я имел ввиду твой незаурядный проницательный ум. А ты, видимо, что-то другое?

— Я имела ввиду то же самое. Мой ум обычный, — флегматично парировала Рони. Пожалуй, в «играх разума» ей действительно не было равных, но ректору вовсе необязательно об этом знать. — И вы не ответили на мой вопрос. С каких пор людей определяют к Высшим? Думаете, Пала… гм… седьмой сын Повелителя станет со мной возиться и тревожиться о моей безопасности?

— Ну, что ты, милая, — очнулась миссис Френни. — Конечно, станет. Как можно не заботиться о такой чудесной умной девочке? Ты же наш маленький прелестный ангелок. Свет нашего факультета, наш лучик, наша…

— Довольно, Лиан, — холодно осадил ректор, выставив ладонь. — Да-да, все мы знаем какая Рони Уинтер замечательная… Но поймите вы… мы не можем пойти против воли Оракула.

— Но я могу подать прошение о пересмотре видения, — бесстрастно заметила Рони. Говорун одобрительно встрепенулся и зарокотал.

Ректор поставил локти на стол, утомлённо помассировал виски.

— Можешь. Кто бы спорил. Но для этого должно быть весомое основание. Пока ты не отправилась на службу к демону, основания быть не может, «Потому что не хочешь» или «Потому что у тебя плохое предчувствие» — не годится. Понимаешь?