Онлайн книга «Дерзкие игры. Поиграем?»
|
— Издеваешься? — процедил Стас, желая придушить стерву… — Давай быстрей, у меня нет времени! — заорал он, нервно глянув на наручные часы. Саша молча достала удостоверение. — Калинина Александра Ильинична. Журналист-корреспондент печатного издательства «Невский дом». Мне назначено. Где мы можем поговорить? Стас продолжал недоумённо хлопать глазами и хватать ртом воздух. Это конец… Неужели, правда? И только сейчас заметил классические брюки со стрелками, белую блузку, бейдж на груди и фотоаппарат. Александра Ильинична подготовилась основательно в отличие от него. — Пройдёмте в мой кабинет, — Стас оправил полы пиджака и пропустил… журналистку вперёд. Сердце всё ещё колотилось, отдавая болью в висках. Нельзя так нервничать, должен быть способ уладить конфликт… Как?! Как, чёрт возьми, если он только что наорал на неё? А ведь отец говорил, что приглашённый журналист имеет большее влияние в Москве. Саша нервничала, но виду не подавала. Просто привыкла в силу специфики работы влипать в разные… неприятные ситуации. А это, можно сказать, мелочи жизни. Она огляделась и устроилась в кресле перед полукруглым рабочим столом нового директора. Стас поправил галстук и несколько раз выдохнул, прежде чем занять место напротив. В эти наглые лживые глаза смотреть невыносимо, но и не смотреть не получится. Правила этикета… — Виктор Сергеевич присоединится чуть позже. Он предупредил, что задерживается. Саша кивнула и достала блокнот, отложила на стол, и извлекла камеру. — Несколько снимков для журнала и газеты «Московский обозреватель», — пояснила она и так же равнодушно щелкнула аппаратом. Как так можно? Поразился Стас. Она что, робот? — Где снимки? — вопрос вырвался сам собой. Просто мысли о его триумфальном позоре не давали покоя. Рука Саши замерла над блокнотом. — Я здесь по другому вопросу, — холодно пояснила она. — Расскажите, чем вы занимались в «штатах»? — Ты шутишь? — опешил Корнев, снова перейдя на «ты» и поморщился. Нет, он свихнётся, если сейчас же не получит позорные фотографии. — Где фотки? — процедил он, подавшись вперёд. И ему не понравилось, как большие глаза хищно сузились. — Вы планируете вносить изменения в корпоративную политику «Мегаполиса»? Какие у вас на него планы? Где вы обучались? — Саша невозмутимо выполняла свою работу, хотя ей вовсе не трудно ответить на вопросы Корнева. Просто его дерзость, грубость и несдержанность… Ну, это раздражает. Как он собирается занять пост отца с такими-то расшатанными нервами? Стас стиснул край стола и шумно выдохнул. Убийственное спокойствие этой,… этой журналистки вымораживало! — Фотографии, — угрожающе произнёс он, желая прожечь нахалку взглядом. — Я удалила их. Вам стало легче? Теперь мы можем приступить к интервью? У нас осталось пятнадцать минут. Десять вы потратили впустую… Саша наслаждалась. Кто-то вечно может смотреть на воду, кто-то, как горит соседский дом, а вот ей нравится смотреть, как мужчина задыхается яростью, не в силах ничего предпринять. Особенно, если учесть, что именно она является объектом этой самой ярости. Есть что-то привлекательно в том, когда люди бесятся по твоей вине. Если это малознакомые люди. — Удалила? — просипел Стас, не поверив. Протянуть руку… схватить за тонкую шею и душить на этом столе. Труп можно спустить в мусоропровод и сказать, что сама упала… |