Книга Иномирная акушерка ее величества, страница 16 – Юлия Зимина

* Елизавета/ Нерия *

Экипаж мерно покачивался, и я периодически чувствовала, как под обитыми железом колесами хрустят камни.

Мы покинули дворец в такой сумасшедшей спешке, что у меня до сих пор слегка звенело в ушах. Едва прочитав послание императора, побросали в сумки самое необходимое, взяли выделенных нам десятерых стражей и вылетели за ворота, словно за нами гналась свора голодных гончих.

За окном проносилась невероятно красивая природа. Мы уже давно миновали предместья столицы и теперь ехали по густому лесу, направляясь к горе Серебряного Шпиля, где, упираясь в самые облака, гордо возвышался храм Белой Луны.

Не знаю, как императрица, а я наконец-то смогла вздохнуть полной грудью. Буквально. Мне казалось, что сам воздух во дворце пропитан ядом — настолько там была повышена концентрация лицемерия, интриг и смертельной опасности. Здесь же пахло хвоей, влажной землей и свободой.

Аэлина сидела напротив, кутаясь в дорожный плащ. Она была бледной, но держалась молодцом. Я-то, с высоты своего врачебного опыта, прекрасно понимала, как тяжело ей сейчас дается эта дорога. Организм чудовищно ослаблен после кровотечения и потери ребенка, да еще и этот стресс с побегом. Слава богу, что в просторном экипаже хотя бы не было душно и сидения мягкие.

Когда мы только заехали в лес, я настояла на одном небольшом привале. Мы вышли из кареты, немного погуляли, чтобы размять затекшие ноги, перекусили захваченными с кухни лепешками с мясом, а потом, понимая, что медлить нельзя, вновь отправились в путь.

— Как вы себя чувствуете, ваше величество? — в очередной раз спросила я, внимательно вглядываясь в ее лицо. — Низ живота не тянет?

— Нет, Нерия, все в порядке, — слабо улыбнулась Аэлина. — Кроме небольшой усталости меня больше ничего не беспокоит. Правда.

Я удовлетворенно кивнула, но понимала: на ночь императрице жизненно необходимо дать полноценный отдых, избавив ее ослабленное тело от постоянной дорожной тряски. Значит, придется где-нибудь отыскать ночлег. Вопрос только в том, есть ли он вообще посреди этого бескрайнего леса.

Выглянув в окно, я поймала взгляд стражника, скачущего верхом рядом с нашей каретой.

— Скажите, — окликнула я его, — мы сможем найти ночлег до наступления темноты?

— Да, — ответил страж, придерживая поводья. — Примерно в двух часах езды отсюда есть хороший постоялый двор. Остановимся там.

Я довольно кивнула и задвинула шторку.

Дорога показалась недолгой. Убаюканная ритмичным стуком копыт и лёгким покачиванием, Аэлина перебралась на мое сиденье и вскоре задремала, доверчиво прислонившись головой к моему плечу.

Чувствуя в душе щемящее, почти материнское желание защитить эту измученную девочку, я сидела ровно, боясь лишний раз пошевелиться, и легонько обмахивала лицо императрицы веером.

Под мерный стук колес в голову лезли философские мысли. Жизнь — все-таки удивительно сложная и ироничная штука. Столько лет я, Елизавета Никоновна, помогала рожать другим. Принимала на руки чужое счастье, слушала первые крики малышей, а сама так и не смогла забеременеть.

Подходящего, надежного мужчины в моей жизни не встретилось. Вся моя семья состояла из старшего брата, с которым мы вместе выросли в детском доме. Но несколько лет назад не стало и его. Я осталась совершенно одна. Наверное, в какой-то мере даже хорошо, что в моем родном мире меня никто не будет горько оплакивать. Так, поохают подружки-старушки на лавочке у подъезда, но это ерунда. Сын брата, мой племянник? Так он мужчина уже взрослый. Давно за границей живет, своей семьей обзавелся. Общались мы с ним крайне редко, так, дежурными открытками на праздники. Как-то так вышло, что все свои взрослые годы, без остатка, я отдала любимой работе, совершенно не находя времени на себя.