Книга Осколки чужой души, страница 43 – Айрена Стея

Он посмотрел ей в глаза.

И впервые — почти сказал это.

— Потому что… — Он замолчал.

Слишком близко. Слишком честно. — Потому что ты стала для меня… — Он закрыл глаза на секунду. Будто боролся.

— Слишком необходимой.

Это было не «я люблю тебя».

Но признание. Её дыхание сбилось.

Она смотрела на него.

И понимала: это не просто страх. Это — значимость.

Она осторожно коснулась его лица. Лёгко.

Как будто проверяя, что он действительно здесь.

— Ты успел, — прошептала она.

Он наклонился чуть ближе.

— В этот раз.

И в этих словах было больше, чем он сказал.

И в этот момент — он поцеловал её.

Не резко.

и не сдержанно.

А так, будто это уже неизбежно.

И впервые их тишина стала другой.

Не опасной.

Не давящей.

А настоящей

КАЭЛ

Ночь опустилась слишком быстро.

Как будто её не ждали —

и всё же она пришла.

Тёмная.

Настороженная.

И вместе с ней — ощущение.

Не предчувствие.

Уверенность.

Они придут.

Каэл шёл по пустым коридорам Эйрдалиса быстро.

Без колебаний.

Плащ едва слышно скользил за спиной, цепляя холодный воздух галерей.

Башня не спала.

Это чувствовалось.

Где-то внизу сменялась стража.

Магические огни в нишах мерцали нестабильно, будто сама защита Эйрдалиса начинала реагировать на приближающуюся угрозу.

После произошедшего всё изменилось.

Теперь это уже не скрывали.

Не обсуждали шёпотом.

Арина стала центром всего.

И именно поэтому он шёл к ней сейчас.

Не потому что обещал.

Не потому что должен был проверить защиту комнаты.

Потому что не мог оставить её одну.

Он раздражённо выдохнул.

Эта мысль всё ещё звучала непривычно.

Он остановился возле её двери.

На секунду.

Прислушался.

Тишина.

Но не спокойная.

Он уже научился различать это состояние.

Когда тишина становится ожиданием.

Каэл открыл дверь без стука.

Почти бесшумно.

Комната встретила его полумраком.

Только слабый свет ночных ламп скользил по стенам и серебром ложился на край окна.

Арина стояла у высокого арочного окна.

Спиной к нему.

Тонкая фигура на фоне тёмного неба.

На ней была длинная светлая рубашка из тонкой мягкой ткани — слишком лёгкая для холодной ночи Эйрдалиса.

Свободные рукава спадали к запястьям, открывая бледную кожу, а подол едва касался колен, когда ветер из приоткрытого окна осторожно шевелил ткань.

Серебристые волосы рассыпались по спине мягкими волнами, почти сливаясь с лунным светом.

Плечи напряжены.

Руки сжаты слишком сильно.

Она тоже чувствовала это.

Он понял сразу.

И именно это восхищало в ней сильнее всего.

То, как быстро она научилась жить в постоянной опасности.

Она услышала его не сразу.

Только когда он подошёл ближе.

Тогда медленно обернулась.

И на мгновение в её взгляде мелькнуло облегчение.

Почти незаметное.

Но он увидел.

И от её взгляда внутри медленно разлилось тепло — редкое и непривычное.

Каэл остановился позади неё.

Слишком близко, чтобы это можно было назвать просто позицией.

Но сейчас ему было важнее что бы она была рядом. Максимально близко.

Он чувствовал её дыхание.

Сбившееся. Неровное.

И от этого внутри появлялось острое желание защитить её от всего сразу.

Она всё ещё не восстановилась.

И времени у неё не будет.

— Ты думаешь, они придут? — тихо спросила она.

— Не «думаю», — ответил он.

Голос был ровным.

Как всегда.

— Я знаю.

Он попытался просчитал варианты.